— Спасибо, Омар! Извини за отказ. У меня уже есть своя команда и свои друзья. Я друзей не предаю.

— Подумай брат, — делает еще попытку крепыш. — Русские и евреи тебе не друзья, ты же аварец и мусульманин. Будь со своими, а им все равно конец придет. Как вашему Костылю уже сейчас конец пришел.

— Я не предаю друзей. — Упрямо повторяет Рамазан, и сжимая, кулаки твердо смотрит в глаза крепышу.

— Смотри брат, ты сам выбрал, — разводит тот руками, и без паузы, делает проход в ноги Баирову, прихватывая его левую ногу обеими руками.

Рамазан, уловив движение, быстро сделал спролл, резко отбросив ноги назад, накрывая крепыша своим телом и обхватывая руками его корпус, тем самым, не давая повалить себя на землю. Но крепыш, хоть и оказался снизу, но крепко сковал его захватом за левую ногу и сейчас загребая ногами упрямо прет вперед и вбок, пытаясь перевернуть и завалить на землю. На Баирова тут же налетают спутники Омара и начинают бить ногами по голове и ребрам стараясь не попасть по своему товарищу. Рамазан пропускает многочисленные удары, но скованный противником, не может нормально ответить и защититься. Он еще какое-то время держится, отчаянно пытаясь выйти из сложного положения, но все же нападающих больше, они действуют слаженно и вскоре свет в глазах Рамазана тухнет от сильного удара по затылку. Четверо в спортивных костюмах еще некоторое время бьют бесчувственное тело ногами, а потом уходят в сторону, оставив потерявшего сознание Баирова лежать на земле.

Эдик Ханикаев обеспокоенный отсутствием Юры, который куда-то ушел уже довольно давно, вышел пройтись по части. Увлеченные партией в шахматы, ни он ни Рома, не увидели куда тот подевался. Вот он только смотрел как они играют, а вот его уже нет, и никто не знает, куда он делся. Ромка ушел в казарму погладиться, а Эдик решил поискать Юру

Пройдя здание столовой, Ханикаев свернул за угол и увидел Дато идущего ему навстречу вместе с двумя крепкими парнями. У Ханикаева сразу что-то оборвалось внутри от плохого предчувствия. Дато первым пожелал ему доброго вечера по осетински.

— Да ижар хорж!

— Хорж! — настороженно кивнул Ханикаев.

— Поговорим? — Спросил Дато, подходя ближе.

— О чем? — поинтересовался Эдик, спокойно оглядывая обступивших его парней.

— О моем предложении войти в наше землячество. — Ответил Дато. — Ты наш парень из Осетии, хоть и призывался из Ставрополя. Разве тебе не лучше быть вместе со своими? Зачем тебе эти московские лохи и чурки?

— Я тебе уже ответил — нет. — Покачал головой Эдик. — С тех пор ничего не изменилось, и мой ответ остается тем же самым.