– Ох, я готова слона съесть! – прощебетала Делия.
Мы двинулись к жилым комнатам. Я прокручивала в голове произошедшее в лесу, и чем дальше, тем сильнее мне казалось, что я схожу с ума. Но ведь герцог тоже видел… что-то. Иначе он не отослал бы нас и не отправился на поиски «мерзавца», который «ушел»? И не послал бы за господином Гримани? К слову, а кто такой герцог Мейер? Он приветствовал герцога Соммера как младший старшего, хотя титулы их равны. Подчиненный? Скорее всего…
– Мелани, ты видела то же, что и я? – спросила вдруг Кассия.
Глава 20
А что я видела? Я потрясла головой. Воспоминания расплывались. Вот на поляну выходит… Что? Или кто?
– Мы ведь не ели в лесу ничего, кроме земляники? – вырвалось у меня. – Ее трудно перепутать с чем-то ядовитым.
– Ничего, кроме земляники, – подтвердила Кассия.
Вот герцог разворачивается, свивается заклинание, и в ушах звучит вой.
– Пес. Призрачный пес, – вспомнила я. – Думала, легенды о призрачных гончих – всего лишь легенды.
Кассия заметно расслабилась.
– Хвала Всевышним! Я испугалась, что теряю рассудок. Ты тоже его видела?
– Насколько мне известно, с ума сходят поодиночке. Как правило, – уточнила я, вспомнив о возможности индуцирования.
– Как правило, – подтвердила Кассия. – Но о призрачных гончих говорят, будто их никто не видит, кроме жертвы.
– Может быть, видят все, но потом забывают все, кроме жертвы, которая уже ничего не расскажет? – предположила я. – Мне до сих пор кажется, будто это был сон.
Кассия ответила не сразу, словно тоже размышляла, не примерещилось ли ей.
– Ни разу не слышала, чтобы имперского дознавателя призывали ради чего-то увиденного во сне. Похоже, кто-то действительно натравил на герцога призрачную гончую. Повезло, что он вернулся невредимым.
– Но это ведь бабушкины сказки! – воскликнула Делия. – Мы же с вами современные образованные люди…
– Некроманты – точно не бабушкины сказки. И прорыв изначальных тварей три года назад – тоже не сказки. – Кассия задумчиво покачала головой. – Ходят слухи, что это была попытка переворота.
– Призвать чудовищ, способных разнести мир, только ради власти? Убить столько людей только ради власти? – не поверила я. – Это безумие!
Неужели мой дядя и множество других хороших людей погибли лишь потому, что какой-то мерзавец сам захотел стать императором? Это просто не укладывалось у меня в голове.
Кассия пожала плечами, дескать, безумие или нет, не ей судить. Добавила:
– Похоже, у герцога очень серьезные враги.
– Было бы странно, если бы у человека на его должности не было серьезных врагов, – заметила я. – Особенно когда он достаточно молод, чтобы перейти дорогу кому-то, кто мог долго метить на это место.