Но после обеда Ролан, не слушая возражений Турия, ухватил того за руку и буквально утащил куда-то по коридору. Лария было дёрнулась следом, но тут же опустилась обратно на стул. Вздохнула. Так, наверное, будет лучше. Она не сумеет сказать то, что нужно. Покосилась на Юрмию, тоже застывшую на месте. Напряжение в замке нарастало.

Неизвестно, что сказал Ролан Турию, но вскоре тот появился немного более живым. Таким же вялым, но уже, по крайней мере, во взгляде появилась жизнь.

— Он теперь боится что-либо решать, — прошипел Ролан Ларии. — Это на него любая неудача так действует?

— Дело не в неудаче, — вздохнула Лария, — а в гибели многих людей, которых брат знал лично. Хайрида Рамса, в частности. Его это действительно гнетёт, и, полагаю, он винит в их смерти себя.

— Пусть винит тех, кто ему в уши надул про лёгкую победу над неготовыми к отражению атаки с нашей стороны гарлами. И моя вина тут тоже есть… Тоже поддался.

— Но решение принял он, — вздохнула Лария. — Хайрид… Он ведь пытался объяснить, что надо действовать осторожней и не лезть вот так дуром…

— Беда Хайрида в том, что он никогда не настаивал на своих решениях, если их не принимали… — Ролан совсем помрачнел. — Наша проблема в том, что в нужный момент у нас не нашлось опытного полководца, который мог бы, в случае необходимости, дать по башке и мне, и Турию.

— Вот и объяснение, почему Турий теперь боится что-то делать.

— И что теперь? Ложиться и помирать? Мне тоже страшно. Теперь без Хайрида, всё ведь на нас.

— Элайна, — коротко заметила Лария, словно это всё объясняло.

— Что Элайна? — не понял Ролан.

— Поражение отодвинуло снятие осады с Тарлоса, а значит, вовсе не факт, что мы успеем теперь туда. Если Элайна там погибнет… Я боюсь представить, что тогда будет с Турием. Он никогда себе этого не простит.

— Тем более ему сейчас нужно целиком сосредоточиться на решении проблем!

— Госпожа! — После стука в комнату вошёл один из дежурных офицеров. — Прилетел голубь из Тарлоса… Там послание, подписанное как личное для Турия… Почерк похож на почерк юной госпожи.

Лария молча протянула руку, в которую офицер и вложил записку. Девушка перечитала мелкую надпись на свёрнутой в рулон записке.

— «Для Турия лично», — прочитала она. Чуть улыбнулась. — Да, почерк мелочи. — Кивнула офицеру. — Спасибо, я сама её доставлю адресату.

Тот быстро поклонился и вышел. Лария тоже поднялась.

— Пойду отнесу Турию.

Ролан покосился на записку.

— Даже не прочитаешь?

— Не мне адресовано, — буркнула она. — Не имею привычки читать чужие письма. Тем более от Элайны.