— Я тоже очень рад нашему неожиданному знакомству.
Собственно говоря, и незачем мне с ним что-то обсуждать, спорить или доказывать. Мне жутко хотелось его уколоть, вот только я уже это сделал и не словом, а делом.
По прошлой жизни помню один охотничий принцип. Очень занимательный.
Натягиваешь лук, стрела срывается с тетивы и ты вроде бы целился в статного оленя или какого-нибудь хищника, но стрела скрывается в растительности и тишина — мимо.
А вот когда стрела улетает в кусты, а затем звучит пронзительный вой — попал. Так вот, этот самый утренний звонок Черепанова-старшего — это лишь его вой, после того, как я «попал». Еще бы, ведь теперь ему точно придется свернуть деятельность лаборатории.
В обед мне позвонили с незнакомого номера и в добровольно обязательной форме любезно попросили явиться на встречу, что организует Имперский Сыск. Как мне объяснил брат, это та самая очная ставка, где можно будет представить свои доказательства.
— Нет, даже слушать тебя не буду! Я точно еду с тобой, хочу посмотреть на рожу Черепанова, — Гена отмахнулся от меня, отложил планшет с фермой и начал собираться.
— Веский довод, — ухмыльнулся я, — тогда, не смею спорить.
Вместе с Геной и добрым десятком машин сопровождения мы приехали к местному отделению полиции. Здание не отличалось особыми изысками в облицовке или экстерьере, особенно, если сравнивать его с отделением Гильдии Искателей.
Однако оно выглядело не как полузаброшенное, а вполне себе ухоженное и даже выделяющееся своей серьезностью и угловатостью на фоне домов и магазинов, что расположились слева и справа. Особенно внимание привлекал к себе идеальный газон с местами для отдыха и для перекуров.
Парковка ничем таким не выделялась, если бы не расположившийся на ней автопарк люксовых немецких машин Черепановых. Большой белый угловатый внедорожник с высоким клиренсом и просторным кузовом. Казалось, что в нем непременно должны располагаться баллиста и управляющей ею отряд, вот настолько у этой машины агрессивный и милитаризированный облик.
Рядом с ней стояли тоже немецкие люксовые авто, но попроще. Все черные, как смоль, разве что некоторые хромированные детали блестели под солнцем. Окна — тонированные в ноль и хватило же наглости с такими заявиться. Готов спорить на свою наковальню, что Черепанов-старший из тех людей, которые думают — что позволено Юпитеру, то не дозволено быку.
Пока мы парковались и выходили из машин, возле здания то и дело мелькали служащие в форме и меньше людей в гражданском. Причем сотрудников Имперского Сыска было крайне просто отличить от остальных, по более серьезным и хмурым лицам — они будто вечно о чем-то напряженно думали.