На город мягко, но неотвратимо опускались ранние осенние сумерки, да ещё и дождик начал понемногу накрапывать. В окнах домов уже вовсю горел свет, но мне возвращаться в стылую бетонную коробку категорически не хотелось. Вместо этого я направился к ближайшему торговому автомату, где разжился вполне приличной бутылкой пива. В самом настоящем стекле.

Пока терминал выдавал мне заказ, я написал Элли сообщение, в котором спросил, собирается ли она домой. Приёмный отец я, в конце концов, или кто? Девчонка выдала короткое «20 м» , что меня вполне устроило. Как раз успею приговорить бутылочку и привести мысли в порядок.

Между жилым комплексом, где находились апартаменты Рассохина, и соседними безликими высотками оказался втиснут небольшой скверик, опоясанный парковками для жильцов. Неистребимые собачники выгуливали здесь своих питомцев в светлое время суток, а вот бомжей и вечно бухой молодёжи мною в этой локации замечено не было. Всё-таки приличный район.

Начинающий накрапывать дождик выгнал отсюда последних людей, так что все лавочки оказались свободны. Я выбрал ту, что стояла под сенью раскидистого кедра, послужившего неплохим зонтиком, откупорил бутылку и погрузился в собственные мысли.

В последнее время было как-то не до размышлений — проблемы сыпались одна за другой, а конечная цель по-прежнему оставалась недосягаемой. А ведь люди продолжали погибать, пусть и не так интенсивно, как прежде. Вот уже и на американском континенте были замечены первые инциденты. Растёт зараза…

Что-то я упускаю во всех этих нападениях. Что-то важное и одновременно лежащее на самой поверхности. Нужно лишь совершить мысленный рывок, а я вместо этого брожу по кругу. Как убийцы проникают в закрытые помещения? Почему характер повреждений так разнится от жертвы к жертве? Кому этот бедлам выгоден?

Так. А вот это действительно хороший вопрос. Ведь из ведущих кланов нашего кластера пострадали уже все, в той или иной степени. Кто-то пошёл на жертвы ради маскировки, или они здесь ни при чём?

Додумать интересную мысль не дала встрепенувшаяся чуйка. Мерзкое ощущение, будто по моей остекленевшей душе металлической вилкой проскребли. Ну, что сказать, поздновато ты очнулась, родимая, меня могли ещё час назад уложить. Или же настоящая опасность возникла только сейчас?

Я оглянулся, оценивая обстановку. Оказывается, пока я предавался размышлениям, в скверик занесло тройку молодых подтянутых парней в тёмных куртках. Они некоторое время топтались у самого края, тихо переговариваясь друг с другом, затем один из них исчез из поля зрения, а двое других вразвалочку направились в мою сторону. Прикурить, что ли, хотят?