Под утро стало прохладно и мне пришлось встать, чтобы принести поленьев и растопить печь. Вот тоже проблема с добыванием огня, если бы не воспоминания мальчишки, то сам бы намучался. Ведь прежде мне не приходилось разводить огонь огнивом и трутом.

Согрев воды, я умылся, вновь осмотрел и обработал рану на виске. Замотал отрезом льняной ленты, которую вчера тщательно выстирал.

Сегодня надо провести осмотр местности, и первым в моем списке был городской рынок. Была еще торговая улица, но там мне пока делать нечего.

Небо уже достаточно просветлело, чтобы я смог разглядеть очертания домов и силуэты прохожих. Взяв в руки обновленный посох, который, похоже, надолго станет для меня незаменимым инструментом выживания, я вышел на небольшую приступку из двух ступенек, осторожно простукивая пространство перед собой, определяя куда наступить. Непросто будет в таком состоянии добраться до городского рынка.

— Ардум! — вдруг окликнул меня высокий женский голос. — Ты ли это? Что с тобой случилось сынок?

Так вот, оказывается, как меня зовут — Ардум, а не Ард. Я повернулся на оклик и смог разглядеть силуэт полной женщины, которая стояла у соседней двери с большим деревянным корытом в руках. Воспоминания сами собой всплыли в моей памяти.

— Это вы, тетушка Мика?

Соседка буквально плюхнула корыто на мостовую возле двери и подошла ближе.

— Светлые Боги! Ардум, что с тобой…

Соседка тут же заткнулась, закрыв рот руками, видимо увидев бельма моих глаз.

— Вот, по башке прилетело.

— Будь прокляты эти цисарийцы… — буквально прошептала тетка. — И мастер сгинул, и тебя, горемычного, калекой сделали.

— А что с мастером, тетушка Мика? Его со вчерашнего дня нет.

— Дурак твой мастер Ривер, — тут же ответила женщина, — ни стыда, ни совести, уж прости. Он, как только тебя в ополчение отдал, — вновь перешла на шепот соседка, — сразу с дружками своими купили вина. Упились проклятые так, что на ногах еле стояли, да видать мало им показалось, полезли в лавку винокура. Там-то их стража и сцапала. Признали мародерами, сейчас на городской площади висят, ворон кормят. Ой, бедный ты бедный, Ард, что ж теперь делать то…

— Сам не знаю.

Соседка все причитала, а я, опустив печально голову, задумчиво направился обратно в коморку.

Вот значит, как все вышло. Жаль мастера, но с другой стороны, мне это только на руку. Сейчас в городе еще неразбериха, буквально сейчас по соседней улице прокатилась телега в которой везли мертвецов. Сам-то я не видел, но возница и его помощники довольно громко интересовались нет ли где еще на улицах покойников, потому то я и знаю, что эта телега погребальной команды была. Стало быть, новая власть стала наводить порядок в городе и скоро меня из каморки попрут, как гильдия заявит на нее права. Смерть мастера, конечно, чуточку облегчала дело и действовать надо обдуманно. Отложив посох, я стал шарить по углам, складывая на веранде инструмент, который пригодится мне самому. Не так уж его и много, но даже из того, что есть, мне не все сгодится. Отложил для себя три точильных камня, на мое ощущение, не самых плохих; пару ножей, моток вощеных ниток, шило, керн и кусачки. Молоток, медный паяльник, припой, зубило, щипцы, сложил в холщовую сумку. Эту коморку все равно придется бросить, платить ремесленному цеху аренду мне нечем, но и бездомным пока оставаться тоже не хочется. Весь собранный инструмент я положил под веранду за небольшой камень, чтобы можно было достать в любой момент, даже если коморку отберут. Вот теперь, можно отправляться на рынок, присмотреть там местечко, да и обстановку в городе разведать.