Но рыжебородый быстро пресек все вопли возмущения и вопросы, и сразу повел меня к шахте. А чего тянуть, тут принцип «солдат спит, а служба идет» не проходит. Это простой в работе, а значит потеря прибыли.

Подойдя ко входу в шахту, я присел и взял в руку горстку отвала, что вывозили оттуда и стал растирать в руке и принюхиваться. Не уголь и не железо, что-то другое.

— А что добываете в шахте? — спросил я рыжебородого.

— Так это, серебро, имперская шахта, государственная.

— Что ж тогда гвардейцев сразу не позвали?

— Да эти только и могут, что на парадах вышагивать, да баб по салонам тискать, — ухмыльнулся шахтер.

— А большая шахта? Много проходов?

— Нет, только в прошлом году ее начали рыть. Там главный тоннель и штук пять отнорков.

— Ладно, вода есть, еда есть, если через сутки не выйду, ищите другой способ решить проблему.

— Мы это, тут подождем. Дежурных поставим, ежели чего — зови, мы услышим.

Вход широкий, большой, укрепленный балками из срубленных стволов. Дальше — все примерно так же. Серебро говоришь, серебро я люблю, особенно самородки.

Пройдя метров на сто вперед, снял с глаз повязку и скинул капюшон.

— Тук, тук, кто это у нас здесь безобразничает?

Глаза быстро адаптировались к темноте, и я обнажил меч, переложив посох в левую руку.

Следов борьбы нет. Проход широкий и неровный. Подхожу к первому ответвлению и заглядываю внутрь. Буквально через десяток метров: глухая стена с пустой породой. Когда все видно словно днем, страха перед подземельем нет совершенно. Вот углубления на местах где шахтеры находили жилу и вырабатывали ее на максимум до того, как потребуется ставить подпорки. Их просто осматриваю и иду дальше. Ближе к крайнему боковому проходу чувствую знакомый запах. Его ни с чем не спутать — сколопендры, только от них исходил такой резкий и душный запах. Нужно быть осторожней: во-первых, они ядовиты, а во-вторых — могут нападать группой. Вот они отголоски того прорыва тварей из разлома много лет назад, что собственно и заставило сооружать ту знаменитую крепость, в которой, мне довелось отработать двухгодичный контракт.

Буквально через двадцать метров нахожу проблему. Пара десятков тварей уже прилично обглодали несчастных шахтеров. Меня они сейчас не почуют потому что добыча уже есть, они просто не настолько чувствительны. И эти твари не идут ни в какое сравнение с теми, что встречались мне в разломе, эти всего метровой длинны, и какие-то очень медленные.

Осторожно подхожу ближе и легонько стукаю одну гадину кончиком посоха в переднюю часть туловища. Той, это активно не нравится, и она впивается передними ядовитыми жвалами в подставленный посох. Острием меча поддеваю пластину панциря и проталкиваю кончик лезвия к голове, перерезая центральный нерв. Все, эта готова! Даже огромные твари, там в разломе, после такого ранения больше не двигались. Прижимаю носком сапога и сбрасываю с посоха первую тварь чуть в сторону. Опять вытягиваю на себя очередную многоножку и повторяю прием с захватом посоха. Вжик — очередная каракатица отлетает в сторону к первой.