Как только вода в медной ванне закипела, первый кокон осторожно в него опустили с помощью рычажного крана и стали ошпаривать, равномерно вращая. Опасность заключалась в том, что сам шелкопряд, здоровенная и весьма агрессивная гусеница, что сейчас спрятана внутри этого клубка шелка, еще живая. А если во время обработки кипятком она сумеет выбраться из кокона прежде чем сварится, мало никому не покажется.

На наше счастье ничего подобного не произошло. Шелк благополучно смотали до последней паутинки, а саму тварь, спрятанную внутри, как и прежде жука, разобрали на составляющие дорогостоящие ингредиенты.

Как и в прошлый раз, при вскрытии хитина твари, вновь загубили часть инструмента. Вернувшись в мастерскую, я долго пытался понять, как сделать так, чтобы не приходилось править его всякий раз после работы. Первое что пришло в голову, это технология поверхностного науглероживания. Для этого я взял зубило обмотал его старой тряпкой и погрузил в плавильный тигель, заполненный древесным углем. Закрыл крышкой и тщательно обмазал, так как это делал старик. Мастер наблюдал за моими действиями, но не мешал. На следующий день, как обмазка подсохла, я погрузил тигель в горн и стал греть, то и дело проверяя температуру проводя рукой над горном. У меня не стояла задача расплавить содержимое, лишь разогреть до высокой температуры без доступа кислорода. Тигель пролежал в горне весь день. Это совсем не мешало нам работать. Вечером я извлек его и разбив обмазку вытащил зубило. Стоило после такой процедуры произвести повторную закалку и только попробовать ободрать на точильном камне, так сразу стало ясно, что верхний слой, в пару миллиметров напитался достаточным количеством углерода, чтобы показать более высокую прочность. Для зубила такой метод не очень подходит, но я добился чего хотел, убедился, что метод работает. Продолжать эксперименты буду после, когда обвыкнусь.

Нам предстояло очень много работы и помимо мастерской. Жизненно необходимо собрать запасы на зиму. Как раз пришел следующий караван, вместе с которым прибыло и пополнение, отряд наемников и десяток старателей. Насколько я мог понять, ротации в поселке происходят каждый год. И наемники, и старатели, а также военные на крепостной стене рискуют головой, но если первые за пятикратное вознаграждение, то с солдатами ситуация совсем другая. Для военных это что-то вроде штрафного батальона, место ссылки. Да, климатические условия здесь действительно очень жесткие, а постоянные нападки тварей из разлома, так и вовсе превращают службу в «русскую рулетку». Это касается и рядовых вояк, и офицеров, некоторые из них были знатного происхождения.