Уже на следующий день, я лично провел Корта по всем цехам нового производства. Продемонстрировал продукцию, рассказал об особенностях.
— Получается, что, то нежное и ароматное мясо что мы ели вчера за ужином было приготовлено еще год назад? — с удивлением и некоторой настороженностью спросил принц.
— Пять декад назад, — я взял из ящика, банку и продемонстрировал ее Корту. — Вот здесь указана дата производства и рекомендуемый срок хранения, два года.
— Ты не перестаешь меня удивлять, Ард, обязательно прихвачу несколько штук домой. Это же, наверное, очень удобно использовать в путешествии.
— Этот комбинат выпускает четыре вида мяса. Тушеное, как в этой банке, соленое, это обычная солонина в бочке, сушеное, и вяленное, но не абы какое, а тоже со вчерашнего стола, которое было нарезано тонкими ломтиками, такое ароматное. И вся эта продукция очень легко переживает транспортировку и длительное хранение. То же самое делается и с овощами и злаками. Только переработка с целью длительного хранения. В самый раз для долгих путешествий, солдат, моряков, наемников, караванщиков.
— Когда мы подъезжали к городу я видел какие-то странные каменные купола, — любопытствует Корт.
— А, местные назвали эти сооружения «Червивая ферма». Особой необходимости в ней не было, но я велел ее построить, чтобы занять людей из трущоб. Такие сейчас строят по всему графству. В эти ямы под куполом сбрасывают городские пищевые отходы, помет с ферм, опилки, ботву, словом все отходы сельского хозяйства. Потом запускаем туда червей и забываем на год, а то и больше. Вот сейчас как раз пытаемся экспериментально понять сколько нам таких ферм понадобится, чтобы замкнуть цикл. Как только черви все переработают, половину червей отдадим на корм птице и рыбе в пруду, а вторую половину в новую только что заполненную отходами яму. А все остальное возвращается на поля в виде удобрений.
— Я точно знаю, что прежний владелец этих земель считался не самым глупым человеком, но он еле сводил концы с концами. Почему у тебя все не так? Ведь ничего не изменилось!
— Это очень богатые земли, ваше высочество как для ведения сельского хозяйства, так и для производства. Но империя собирает налог с владетелей деньгами. А здесь оборота денег почти не было. Крестьяне выращивали столько сколько сами могли съесть и заплатить налог графу, тем что выращивают. Но графу не нужна еда, ему нужны деньги.
— Логично же что надо организовать продажу продуктов и получить выручку, — совершенно резонно заметил Корт.
— Так и есть, — соглашаюсь я. — Но ту же репу или капусту, зерно, да что угодно, нужно довезти хотя бы до оптового покупателя, и продать практически за даром потому что оптовикам все это негде хранить и вот продают дешево. А чтобы привезти, нужны дороги и гарантия того что все привезенное не сгниет в пути и на хранении. Засолить, замариновать, засушить, сделать продуктом долгого хранения, вот и весь секрет. И к черту посредников. Я не рассчитывал на такой ажиотаж со стороны селян, но они за свою продукцию получают деньги прямо на комбинате. На самом комбинате рабочие получают заработную плату. Рабочих, как сам видишь, нужно много, но они и производят готовый продукт, который любой покупатель, может очень просто приготовить и съесть даже через год после того как он его купил. А уже мои люди организовывают караваны к потребителям. В магазины тетушки Омны, где все это продается, уже в столице, или оптовым покупателям. Вот экономика и ожила. Деньги есть у горожан, есть у селян, есть у солдат, и все время не хватает рабочих рук, в которые тоже можно вложить деньги. Не стало района трущоб, почти полностью изведена преступность, вырос уровень благосостояния. Как результат, в тот момент как я возвращаюсь после долгого отсутствия мне все радуются, а не провожают хмурыми взглядами.