Единственный звук доносился из недр монастыря. Сначала Ким не могла понять, что это и до рези в глазах всматривалась в темный проем, но потом смогла различить шаркающие шаги и размеренный перестук посоха по каменному полу.
На крыльцо вышла старая йена. Почему-то полностью нагая и с распущенными волосами. Ее старческое тело с ног до головы было увито черными рунами, которые словно живые меняли свое очертание и переползали с места на место.
Она улыбнулась. Привычно. Мягко. По-матерински. Только в глазах вместо тепла клубилась непроглядная тьма.
— Иди ко мне, Ким, — старуха протянула ей раскрытую ладонь и ласково поманила, — иди, девочка. Я так скучала.
Ее улыбка менялась на глазах. Становилась шире, уголки губ поднимались выше, обнажая острые клыки, между которыми трепетал раздвоенный змеиный язык.
— Иди ко мне!
Ким испуганно дернулась и проснулась, тут же вскочив на ноги. Сердце гремело, как безумное, в висках стоял гул, и она никак не могла понять, где находится.
— Ким…
Голос за спиной заставил ее вскрикнуть и обернуться.
Рядом с ней стоял Хасс и внимательно за ней наблюдал.
— Мне…мне приснился кошмар, — она едва могла говорить, — монастырь в белых цветах, мертвые воспитанницы и йена. Она звала меня обратно…
Грохот камней по уступу оборвал ее рассказ. Кто-то приближался к их укрытию, продираясь сквозь заросли кустарника. И без того испуганная тяжелым сновидением, Ким бросилась за спину Хассу, а он лишь невозмутимо улыбнулся:
— Не бойся. Свои.
— Свои? — не поняла Ким, но, когда ближайшие ветки затряслись и расступились, выпуская на их уступ вирту, в облике ящера, она чуть не завизжала от радости, — Лисса!
Бросилась к ней и крепко-крепко обняла за морду.
— Девочка моя милая, — чесала за ухом, там, где чешуя была мягче и приговаривала — как я соскучилась.
Лисса блаженно сопела и прикрывала глаза, наслаждаясь встречей со своей хозяйкой.
— Я думала, что больше не увижу ее, — Ким чуть не ревела от радости и облегчения.
— Зря, — Хасс тоже подошел к ним. Провел рукой по холке, одобрительно потрепал по загивку, — на редкость умная зверюга попалась.
Только тут Ким заметила, что вирта пришла не налегке. У нее на спине были закреплены походные мешки и ножны с оружием. И пока девушка, продолжала гладить своего зверя, кхассер снял поклажу и начал торопливо ее разбирать.
— Что ты ищешь? — ей было любопытно, поэтому она подошла ближе и присела рядом с ним.
— Сейчас узнаешь, — он развязал серый кожаный мешочек и вытряхнул себе на ладонь крупный треугольный камень черного цвета.
— Это же тот самый камень! От статуи, которая во дворце Асоллы! — тут же узнала Ким.