— Забавная. А это кто? — он кивнул на Манилу, безвольно повисшую в руках Акселя.
— Моя подруга, — призналась Ким и, испугавшись, что Тхе’Маэс будет недоволен, тут же с надрывом произнесла, — мы не могли оставить ее там!
— Что с ней? — он взялся за тонкое запястье, пытаясь уловить биение крови, но оно было таким слабым, что почти не прощупывалось.
— Спала всю зиму в цветке белого мора.
Император нахмурился и перевел внимательный взгляд на Хасса:
— Пару дней назад я чувствовал вибрацию перехода. Ваших рук дело?
— Да, — мрачно отозвался он, — У меня много новостей и не все они хорошие.
— Аксель, отнеси девушку в лазарет. Потом собираемся в сером зале.
Император и темных кхассер ушли первыми, а Хасс немного притормозил, чтобы оказаться в конце. Он сжал хрупкую ладонь и, улучив момент, шепнул Ким на ухо:
— Не бойся, здесь все свои.
Она странным образом успокоилась. Выдохнула, робко улыбнулась и покорно отправилась следом за мужчинами.
— Значит, белый дурман, — задумчиво уточнил император.
Перед ними на большом овальном столе были разложены карты долины. Настолько скупые, что ничего толком и не понять, если бы не пометки, сделанные рукой Хасса. Он скрупулёзно отметил все деревни, через которые они прошли, переход из долины в Милрадию и важные места рельефа — все то, что они искали столько лет, но не могли найти из-за зимы и защитного полога.
— Он самый.
Новости, принесенные песочным кхассером, были поистине ошеломительны. Они переворачивали с ног на голову то, что было известно о долине, но тут же расставляли все по своим местам. Все те проколы и неудачи, которые непременно сопутствовали поисковым отрядам, теперь виделись совершенно в ином свете.
— Что теперь будем делать? — спросил Хасс.
Император взял в руки первородный камень, покрутил его, чувствуя, как колючая энергия моментально проникает внутрь, заставляя сердце трепетать и сжиматься:
— Нам нужно время, — наконец произнес он, — чтобы все продумать и подготовиться. Дождемся зимы — она наш самый главный союзник — и отправимся в долину. Пора вернуть то, что принадлежит нам по праву.
— Есть сложности, — взгляд кхассера стал тяжелым, — мы уничтожили белый дурман, и в этом году его точно не успеют вырастить. Поэтому люди…одаренные, которых туда согнали, будут обречены. Все до единого. Асолла не оставляет им ничего — ни припасов на зиму, ни вещей, ни даже дров, чтобы натопить печь. Они будут готовиться, но если у них снова все отберут, то не протянут и месяца.
— Мы их заберем.
— Их много. Потребуется участие всех кхассеров, чтобы перевести изгнанников через горы на нашу сторону. И не каждый сможет подчинить Сеп-Хатти, а, значит, часть из них по-прежнему будут дикими и опасными. К тому же нам не хватает двух кланов.