– Хочешь по-плохому? Изволь.
Меня отпускают так резко, что я по инерции качаюсь назад. Но в тот же миг тяжелые ладони дракона ложатся на мои плечи, давя на них и принуждая опуститься вниз, на каменный пол.
– Не трогайте меня! Нет! Я не хочу! – кажется, у меня начинается истерика. Я думала, что защищена законом, запрещающим драконам принуждать архэ к близости, вот только не учла того, что Грегору Аш Хару законы не писаны. Он сам себе закон.
– Я не спрашивал, хочешь ты, или нет, – цедит сквозь зубы дракон, смотря на меня сверху вниз.
Стоя на коленях, я с ужасом смотрю на надменное лицо, кажущееся сейчас особенно хищным. Пугающим. В его глаза, в которых бьется жуткое голодное пламя.
Он хочет меня. Желает, неистово. И он в ярости от того, что я сопротивляюсь.
Удерживая меня одной рукой на полу и не давая подняться, второй дракон расстегивает свой камзол. В глаза бросается пряжка ремня на брюках, натянувших ощутимый бугор.
«Я не смогу, – думаю я, малодушно закрывая глаза. – Просто не смогу».
Слышится какой-то металлический звук.
– Открой глаза, – раздается хлесткий приказ, но я мотаю головой, невзирая на то, что он удерживает меня за волосы. Боль хоть немного отрезвляет, не давая скатиться в пучину отчаяния.
– Открывай глаза, живо, – рычит дракон, и я каким-то шестым чувством понимаю, что мне сейчас лучше послушать его.
Глаза застилают слезы, зрение расплывается, когда я открываю их и пытаюсь сфокусироваться на картинке перед собой. Странно, но того ужаса, что я себе вообразила, нет.
Грегор по-прежнему в брюках, с застегнутым ремнем, а на указательном пальце правой руки, что я теперь вижу в поле своего зрения, красуется джейсар с камнем, похожим на звездную ночь.
Жуткий, пугающий. Я чувствую в нем сильную темную магию.
– Смотри на него.
Меня встряхивают, как куклу и фиксируют голову, вынуждая выполнять то, что он требует.
– Смотри.
Мне остается только одно: подчиниться.
Чем больше я всматриваюсь в мерцающую глубину камня, тем голос дракона становится все более отдаленным, доносясь как будто сквозь плотные слои ваты. Черная поверхность камня затапливает собой все вокруг. Она вокруг меня. Она внутри меня. И проникает еще глубже, убирая все посторонние образы и звуки.
Крошечные искорки-звезды вспыхивают тут и там, погружая меня в подобие транса. Лишая сознания. Воли. Что-то ломая во мне. Что-то шепча. Слов не разобрать, они минуют мой слух, откладываясь сразу в голове, как команды. Откуда-то я точно это знаю.
«Ментальное внушение?» – мелькает на краю затуманенного, уставшего от борьбы сознания мысль. Вот только это уже ничего не меняет.