Или он уже знает?
Вспоминаю обрывки разговоров, собственные догадки. Несостыковки. Думаю о том, что слишком много людей так или иначе могли видеть мой побег. Например, слуги, студенты, профессора.
Путь девушки с корзиной вполне можно отследить до лавки. Наверняка найдутся свидетели, которые скажут, в какую сторону она пошла. Одна, на ночь глядя. Дальше будут проверены ближайшие дома.
И этот в том числе.
Черт! Что же делать? – судорожно бьется в голове.
«Бежать! Бежать!» – внутренний голос уже не шепчет, он кричит.
Я резко вскакиваю, расплескивая чай. Все мои инстинкты буквально вопят, что приближается что-то ужасное. Нужно выбираться отсюда как можно быстрее, но как? Куда? Я мечусь по кухне: то хватаю корзинку, начиная вновь складывать в нее провизию, то вытряхиваю ее, пытаясь затолкать свои платья.
Пустое… Мне от него не уйти.
Из горла вырывается нервный смех. Отчетливо понимаю: я боюсь не Грегора, которого уже знаю, а того, другого.
Убийцу моих подруг.
Бросаюсь к окну, но за ним по-прежнему пелена дождя, за которой не видно ничего дальше пары метров.
Я судорожно сжимаю руки, глубоко дышу, пытаясь успокоиться и окончательно не скатиться в панику. Найти во всем произошедшем хоть что-то хорошее.
Как ни странно, я его нахожу. Дождь – мой противник, но он же и мой союзник. Я могу попробовать убежать сейчас, и тогда никто не сможет меня отследить.
Решение приходит быстро. Из кладовой я достаю старую брезентовую сумку на плечевом ремне, которую заметила, убирая продукты. Не весть что, но какое-то время она удержит влагу. Быстро перекладываю туда свои вещи – только самые необходимые.
Накидываю плащ с капюшоном и затягиваю его у лица. Смотрю на свои туфельки, явно непредназначенные для дождя. Другой обуви у меня все равно нет, а искать в доме что-то взамен некогда.
Все чувства обострены до предела: я чувствую опасность рядом с собой, она все ближе. Медлить нельзя, и, перекинув сумку через плечо, я выхожу под пелену дождя.
На улице ненастье выглядит еще хуже. Тяжелые капли больно жалят лицо и кисти рук, незащищенные тканью, но я лишь крепче сжимаю зубы и упорно двигаюсь в сторону леса.
Под ногами неприятно чавкает сырая земля, порывы ветра бьют в грудь, норовя сорвать с головы капюшон, толкают обратно, к дому, не дают уйти. Я продвигаюсь медленнее, чем хотелось бы – видимость практически нулевая.
Смотрю вокруг, под ноги, и все равно умудряюсь не заметить корень дерева и упасть. Шиплю от боли, глядя на поцарапанные грязные ладони, но продолжаю упорно продвигаться вперед. Подальше от чужого дома. Этого городка. Своих преследователей.