— Шу? — старик прервал внучку взмахом руки. — В Сопряжении вот уже более двух тысяч лет не осталось ни единого Шу. Я лично видел останки последнего из них.
— Но это был он, деда! Я… — девушка снова начала оправдываться, но опять была бесцеремонно прервана.
— Ты убила его?
— Нет, не убила, но…
— Тогда почему жива сама? Он тебя пощадил?
— Он сбежал. Это был мальчишка… парень.
— С чего ты взяла, что это Шу, внучка?
— Он корчился в муках, когда я призвала Черного Вестника и использовал против меня Истинный Лед.
— Истинный Лед? — старик поднял бровь. — И как же ты выжила?
— Я отразила атаку концентрированной Тьмой.
— Хм… Будь ты искусна в магии как я, тогда твои слова не подлежали бы сомнению, но ты не я!
— Его карие глаза начали менять цвет, — девушка привела последний довод в свою защиту.
— Не преувеличивай, девочка. Это был просто сильный шу-э. Возможно, очень сильный, раз способен призывать Истинный Лед и уже начал проходить единение со стихией. Только это тебя и оправдывает, внучка. Тем не менее, ты провалила простое задание и должна искупить свою вину. Сама ведь прекрасно понимаешь, в каком мы положении. Десять тысяч воинов, которых сегодня недосчиталась армия, больно ударит по нашим позициям в войне с А’тэри.
— Я готова принять любое наказание, деда, — ответила девушка, опустив взгляд еще ниже к земле.
— И обязательно примешь его, но сначала отыщешь того шу-э и желательно живым. Если верить твоим словам, настолько сильного водника я не встречал вот уже две тысячи лет. Я желаю видеть его лично. И еще, людей Ти-Ира следует наказать, чтобы не смели впредь нарушать древние договоренности. Каждый третий житель города будет мобилизован на защиту Итаны.
До глубокой ночи я развлекал местную ребятню и даже взрослых фокусами с водой. Хотя какие это фокусы? Банальное управление даром — изменение формы и состояния воды. Но когда-то, на заре моего становления как одаренного, даже это казалось поистине великими возможностями. Помню, как сейчас, когда в общежитии академии я впервые заставил двигаться воду в графине. О последствиях этой практики у меня на брови до сих пор остался шрам. Так сказать, метка о первом опыте.
Я поймал на себе несколько заинтересованных взглядов, исходивших от молодых и вполне привлекательных девушек. Ответил им улыбкой. Тут же застал себя за неприличной мыслью, что не против ночного хм… контакта с любой из них. Ну да… вот такой вот я. Что теперь с этим поделаешь? Бороться с собственными пороками непросто. Но ведь это же не порок вовсе, а необходимость. Изменой это не считаю. Я как бы вообще в другом мире, и неизвестно, вернусь ли на Землю вообще.