Елена Михайловна сказала проехать езду, и мы справились с этой задачей на ура: прошли каждый угол, выполнили все переходы, отлично показали элементы. В равновесии, в размеренном ритме, без единого сбоя. Чувства радости и благодарности к коню захлестнули меня. Я наклонилась и обняла его за шею, уткнувшись лицом в жёсткую гриву.

– Соня, отличная схема, – прокомментировала Елена Михайловна, а затем, хитро прищурившись, добавила: – Такую и на соревнованиях не стыдно показать.

Я немного сникла, понимая, что конь не мой и старты на нём мне не светят:

– Да, – мечтательно и немного грустно ответила я.

– Попробуешь? – серьёзно спросила тренер, и я почувствовала, как сердце пропустило удар.

– Выступить? На нём? – я ещё раз погладила коня по шее. – А можно?

– Я узнаю, но мне этого хотелось бы, – кивнула Елена Михайловна.

На конюшню я возвращалась, глупо улыбаясь. Выступить на Летс Гоу! Да это же мечта! Я старалась не радоваться раньше времени, но удавалось с трудом. Тем более я знала, что Елена Михайловна слов на ветер не бросает, и ни разу не видела, чтобы ей отказывал кто-то из других тренеров или спортсменов.

Оглушённая счастливыми мыслями, я сидела в ногах у жеребца и разматывала бинты. Вокруг суетились другие ребята. Я не замечала ничего, представляя, как вновь надену свой тёмно-синий фрак и белые бриджи и наконец-то окунусь в атмосферу соревнований. Вдруг на всю конюшню раздался ледяной голос Ярослава:

– Стукачка, ты потеряла.

Парень крутил в руке мой телефон, который, видимо, выпал из кармана, когда я наклонялась к шее коня.

За спиной возмущённо запищала Наташа:

– Почему ты обзываешься? Никакая она не стукачка! – девочка встала рядом со мной, прижимая к груди свёрнутую бордовую попону Рамзеса.

– Она знает почему, – спокойно проговорил Ярослав.

– Это я Елене Михайловне рассказала, – Наташа потупила глаза.

Ярослав протянул мне телефон:

– Не ты?

Я покачала головой, парень нахмурился:

– Почему сразу не сказала?

– Не знаю, – я пожала плечами и продолжила разматывать бинты.

Послышался тяжёлый вздох:

– Мелочь, а ты чего молчала?

В голосе Ярослава не было злости, лишь нотки усталости и лёгкая укоризна. Наташа замешкалась, видимо, решала, обидеться на прозвище или всё-таки ответить.

Наконец она выпалила:

– Да я вообще с тобой не разговариваю! – Поплотнее прижала к себе попону и, не удостоив собеседника взглядом, пошла к раздевалкам.

Ярослав принялся скручивать бинты здоровой рукой, а затем помог мне протереть пот с Летс Гоу. За всё это время мы не проронили ни слова. Да я и не ждала ничего. В конце концов, произошедшее не меняло того факта, что я скакала на его коне, а он был приставлен ко мне почти что коноводом, хотя знал и умел в разы больше. А ещё я была младше, опыта у меня меньше – и это я должна была бы ему помогать.