Блин, пальцы не двигаются! Не могу схватить.

Многоножка щелкнула челюстями, и нога ниже колена отозвалась дикой болью. Я извернулся, открыв спину врагу, и кинулся к ножу здоровой рукой. В лопатки уперлись острые лапы, закапала слюна.

Наконец, удалось схватить рукоять и, заорав, я резко развернулся. Многоножка завалилась набок от движения и сорвала мне кожу со спины. Я рванулся к ней, навалился сам сверху, и загнал нож прямо в морду, прижав сверху еще больной ладонью.

– Н-на! – лезвие вошло по самую рукоять, а я так и напирал сверху, крутил его как сверло, – Сдохни, тварь!

Многоножка проскребла мне по груди лапой, оставляя ссадину, и затихла. Через миг вспыхнул светлячок и влетел мне в грудь. Стало чуть-чуть получше.

Я отвалился от трупа чудовища и с облегчением выдохнул.

« А ты молодец!»

– Спасибо, – сказал я, корчась от боли, – Что ж ты молчала, даже не помогла.

«Это бы отвлекало тебя».

Усмехнулся, я подтянул к себе правую ногу. Чуть ниже колена красовался глубокий порез. Вот же дрянь!

«Зато ты получил дух. И теперь чуть-чуть ближе к первой мере».

– Насколько я тебя понял, это может быть всего лишь капля в пустом ведре.

«Будь оптимистом».

Попытка встать удалась не с первого раза. Рука не слушалась, нога болела нещадно. Я усмехнулся – да, теперь точно не боец.

Пещеру прорезал дикий крик, прилетевший из темноты, и заставил меня вздрогнуть. Крик был человеческим, и шел с той стороны, куда я еще не дошел.

«Ну вот, как я и боялась. Одного Скорпиона уже нет».

Хромая, я поскакал к тому месту. Нога не давала идти ровно, но, опираясь на камни, удалось так проковылять еще метров пятьдесят.

Ридар лежал у самой стены грота. В пяти шагах от него открывался вход в темную пещеру, и туда вели кровавые следы. Много лапок.

– Блин, что за тварь это сделала? Он же вторая мера.

Грудь юнца зияла огромной дырой, будто из него «Чужой» вырвался. Меч валялся рядом.

«Так я и думала».

Я, с опаской посматривая на темный вход, приблизился к парню.

– Что ты думала? – прошептал я.

«Все животные в Регнуме – первая мера. Но у них в мере ступеней бесконечное количество».

– Та-а-ак, – протянул я, понимая, куда клонит спутница, – Продолжай.

Я осторожно положил нож и ухватился за пояс молодого скорпиона, стал развязывать ремень. Хватит уже голышом бегать.

Ботинок у него тоже не было. В это мире много кто босиком бегает, судя по всему.

«Если животное достигает восьмой ступени, или еще выше, оно уже может сразиться со зверем на равных».

Стянув штаны, мне не сразу удалось надеть их. На моем дрище они висели, как мешок, и затянуть пояс одной рукой не получалось. Мучаясь, я на всякий случай подтянул меч поближе. Тяжеловат, но по любому лучше ножа.