Я мигом оббежал вокруг панциря, а многоножка суетливо заерзала, побежала прямо по нему за мной. Почти догнала, но, не удержавшись на гладкой поверхности, взвизгнула и свалилась.

– У, тварь! – я в подкате падаю рядом с головой трупа, чувствуя голой задницей каждый камушек.

Точно, на высохшей морде остались челюсти, и я хватаюсь за жвало. Дергаю туда, обратно. Краем глаза вижу, что блестящие глаза уже в двух шагах.

Есть!

Мне удалось вырвать жвало и отпрыгнуть. Челюсти насекомого щелкнули там, где я только что стоял.

– Ну, иди сюда, – я хищно улыбаюсь, а сам не забываю посматривать по сторонам. Второй враг где-то рядом.

Насекомое поднимает голову, я вижу, как вьется сзади длинное тело. Вот оно готовится, лапки чуть согнулись…

Я отпрыгнул быстрее, чем тварь дернулась, но все же успел засадить ей прямо в глаза. Насекомое заверещало, и замотало всем телом, и тоже вырвало из моих рук оружие. Вовремя отпрыгнуть не удалось, и меня задело ее хвостом.

Пролетев пару метров, я со всей дури приложился… обо что-то живое и верещащее. Я перекатился кубарем и замер на спине, скорчившись от боли. Вторая многоножка отлетела от удара, но мигом вскочила и рванулась ко мне – руки едва успели схватить стучащие челюсти.

На лицо закапало слюной и зеленой кровью, и не сразу удалось разглядеть, что нож так и торчит в морде. Я ухватился за скользкую рукоять, попытался выдернуть, другой рукой упираясь в жвало. Насекомое заверещало, и сомкнув челюсти, резануло по руке.

Я закричал, и задергал нож еще быстрее. От боли тварь отскочила, и мне удалось перекатиться назад, прижав раненую руку к животу. Мое лицо исказилось оскалом – вторая рука так и держала нож.

Меня уже мутило от стольких кувырков, мой слабый проповедник совсем выбился из сил. Но я гуськом быстро пробежал обратно к трупу, оглядываясь по сторонам. Возмущенный свист обеих многоножек доносился из темноты.

– Твою же мать! – я посмотрел на левую руку.

Я держал одно из жвал, когда многоножка сомкнула их, и второе резануло тыльную сторону ладони, раздробив мелкие косточки. Пальцы не двигались, и кровь текла ручьем.

– Сволочи! – я зашипел от боли, оглядывая себя. Даже перевязать нечем.

Тут из темноты на меня с визгом понеслась многоножка, забрызгивая пол зеленой кровью. Я с криком прыгнул на сухой панцирь, но раненая рука подвела, и тело стало соскальзывать. Подлетевшая тварь получила ногой по морде, и помогла мне опереться. Ударив и другой ступней, я оттолкнулся уже обеими ногами, и перевалился-таки через труп.

Здорово приложившись затылком, я попытался отползти, отпихивая себя от трупа. Блин, спасибо тебе, мертвая тварь. Если бы не ты…