— Даже так? Это хорошо, задумчиво сказал я.
И это действительно хорошо. Раз уж владелец команды такой фанат хоккея то это и мне выгодно. Поспособствует моей реабилитации.
С Асташевым и Нестеренко я поговорил через пару часов, которые провёл вместе с Кутергиным на тренировочном овале команды. По просьбе Виктора я устроил мастер класс своим будущим партнерам по игре на вбрасывании. К тому моменту я уже дико устал, но решил ему не отказывать.
ЗА этим делом меня и застали два Сан Саныча.
Само собой что никаких возражений от Асташева я не услышал и уже на следующий день я подписал контракт с Одзи Сенси, короткий, всего на полгода и чисто символический если говорить о деньгах. Я сюда прилетел не для того чтобы что-то зарабатывать.
Сам Томакомай находился на уровне моря, но буквально в нескольких километрах от города уже виднелись горы. И там помимо всего прочего была еще и гостиница, принадлежавшая владельцу команды. Вот в неё я и заселился.
Мистер Танака действительно сильно мне помог, благодаря ему со мной стал работать чуть ли не два десятка японцев.
Массажисты, врачи, переводчики, диетологи и прочие.
Это давало свои плоды. Как и работа доктора Нестеренко.
Одним из препаратов, за которым он ездил в Саппоро был милдронат, тот самый печально известный после сочинской олимпиады Мельдоний. Сейчас он не считался допингом и его помимо всего остальное стали мне ставить.
А в составе Одзи Сейси я появился уже в первом же домашнем матче.
И тут подтвердились абсолютно все ожидания насчёт Японии. Играть мне здесь было не просто легко, а очень легко. По интенсивности моим сменам, а я выходил вместе с Кутергиным и Первухиным, было далеко даже до тренировок нижнетагильского Спутника. Необходимости играть на разрыв аорты и совершать предельные ускорения тут просто не было.
Всё это в результате привело к тому что я стал восстанавливаться очень хорошими темпами.
И после каждого теста или игры я мысленно крыл матом Квебек и его руководство. Именно об этом, о возможности дать мне спокойно восстанавливаться, и просил Дэйв Чемберос. И менно это не сделать Марсель Обю.
Что ж, те пятнадцать миллионов долларов которые я вложил в компанию Билла Гейтса стали достойным наказанием за глупость этого франкофона.
У потомка итальянских эмигрантов в Канаду Филиппа Энтони Эспозито в жизни было две большие мечты. И обе связанные с хоккеем.
Фил всегда мечтать великим хоккеистом. Это была его первая мечта.
Он начал свой путь в хоккее в сезоне 1963–1964 и уже через три года он стал первым игроков в истории лиги, кому покорился рубеж в сто очков за сезон. Само собой в том сезоне он стал лучшим бомбардиром лиги и никого не пускал на эту вершину целых шесть лет.