Посомневавшись, всё-таки лёг в постель рядом с Алиной и положил ладонь на её грудь в районе источника. Закрыл глаза, настраиваясь на работу. Так, тонкий канал к чужому источнику, осторожно потянуть энергию к себе. Энергия потекла даже слишком легко, и я сразу остановил поток. Потом долго лежал, прислушиваясь к своим ощущениям. Вроде бы получается, хотя ощущение в коже какое-то непонятное. Дождавшись, когда оно исчезнет, осторожно отправил немного своей энергии в источник Алины. Тот как-то среагировал, но пока непонятно как. Ладно, потихонечку, полегонечку, всё равно я ничего другого придумать не могу. Взять две чайные ложечки чужой энергии, дождаться пока исчезнет необычное ощущение в коже, вернуть ложечку своей энергии в источник Алины, подождать немного, и снова по кругу. Мы никуда не торопимся, нам просто нужно снять напряжение с источника Алины.
Медленно, нудно, но постепенно эти движения энергии туда-сюда стали выполняться на автомате. Кажется, я пригрелся рядом с Алиной, и сам не заметил как уснул.
День выдался тяжёлым, и не столько физически, сколько эмоционально, так что проснулся я когда за окном уже было светло. Чуть пошевелился и сразу почувствовал рядом с собой что-то мягкое, тёплое и приятное. Приоткрыл глаза и тихо матюгнулся про себя — оказывается, я так и остался в постели Алины. Мягкая, тёплая, обнажённая, и моя рука всё так же лежала на её обнажённой груди, разве что теперь ладонь уютно лежала на одной из её приятных округлостей. Это что, мы так вымотались, что проспали до самого утра? Ну я ладно, весь на нервах, истратил кучу энергии, но вот Алина… хотя, после такого сильного приступа вообще непонятно когда она очнётся. Но насколько я вижу, сейчас она просто спит, и так крепко, что даже не подумала просыпаться, когда я зашевелился рядом. Она тоже измучилась во время приступа, но теперь я с удовлетворением видел её источник, причём никаких волн, непонятных выступов и шевелений не было. И серость куда-то исчезла. Теперь это был просто очень хороший сильный источник. Не знаю, надолго ли, но источник изменился, причём в лучшую сторону.
Можно было ещё поваляться, понежиться, но только представил, что в спальню может войти отец Алины, и сонливость сразу исчезла. Герон хоть и относится ко мне достаточно хорошо, и сам согласился, чтобы я стал ночной сиделкой у Алины, но если он решит зайти проверить как его доченька себя чувствует после вчерашнего приступа, и увидит нас в одной постели, то я не знаю как он себя поведёт. Он всё-таки граф. Может посчитает это необычным лечением, а может без всяких разборок прикажет повесить меня на ближайшем дереве, и будет по-своему прав. Всё-таки всегда считалось, что у врача не должно быть отношений с пациентом, и это правильно, а то ведь чувства могут застить глаза, и будет принято неправильное решение. А ещё Алина — дочь графа, а я здесь вообще безродный, беститульный, и за такие прегрешения простых людей, вроде меня, всегда вешали. Можно и отбрехаться, назвать свой титул, который я получил в Тарване, но зачем мне это надо? Лучше сделать вид, что ночью между нами ничего не было ни в каких смыслах.