— Нетерпимые — защитники наши. Они добрые люди. И только вынужденно они…
— Да-да. Только вынужденно они режут молодым бабам глотки, а затем скармливают их насекомым.
— Да!
— А чем их жизнь лучше, чем жизнь обычной крестьянской бабы из внешнего мира?
— Э…
— Вот видишь. — улыбнулся я. — Ответа не найти.
— Это вынужденно! Измененных надо кормить! Они ведь тоже были людьми!
— Сколько людей жрет за раз ода такая тварь? Пятерых? А может, сразу десяток? Двадцать? Тридцать? Это что ж, нахер, за размен такой? Жизнь одного измененного бедолаги не может стоить тридцать чужих жизней! А если так хочешь накормить богомола — сам прыгай к нему в пасть! Ты мне вот что расскажи, старик… куда деваете трупы мирно умерших? Скармливаете?
Молчаливый кивок заставил меня рассмеяться и задать следующий вопрос:
— А трупы Непримиримых?
— Тоже!
— Тоже в пасть насекомым?
— Да!
— И даже тела высших офицеров?
— Ну как же… так нельзя. Их хоронят с почестями.
— Ну да. Офицерскую жопу жрать нельзя. — проворчал я. — Если бы я хотел пройти к пещерам Мрака… куда бы повернул, знай я дорогу? Туда?
— Верно. А откуда ты…
— Догадка. — ответил я и круто свернул, не дойдя до городской стены пятьсот метров и перейдя на боковую дорожку. Отряд последовал за мной, и мы двинулись параллельно стене. На высыпавших из ворот и на стену жителей я внимания не обращал.
— А как же ужин?
— Ты не слышал меня, старик? Задумайся, что будет, если два отряда схлестнутся в мирном городе. Хочешь еще больше крови?
— Да как же ты не поймешь, герой Оди! Непримиримые не такие! Они доблестные! Они хорошие!
— Ну да. — кивнул я. — Ну да…
Глава пятая
Стариков Терпимых я оставил у изгиба городской стены, на перекрестке сразу пяти аккуратных дорожек. Оставив пьяненьких и ударившихся в слезы дедов под небольшим деревцем — я двинулся прочь. Прошел шагов пятнадцать, когда меня остановил дрожащий и переполненный эмоциями крик:
— Помни, герой Оди — мы тут не при делах! Терпимые кровь не проливали! Человечину не жрали!
Остановившись, я обернулся и, глянув на все еще на что-то надеющихся старперов, горько усмехнулся:
— Ну да… вы не убивали. Но заказы тем, кто шел убивать, сделать не забыли, да? Саженцев там, мол, плодовых не забудьте накопать в садах убитых и порабощенных. Картофана там же накопайте и грузите в те же мешки, куда напихали рубленную человечину. Нет. Вы еще как при делах. И жалости от меня не ждите. Я не сжег дотла ваш сраный городок Приветливый лишь по одной причине — мне пока не до вас. Но передайте всем — мы скоро вернемся. И вот тогда я убью каждого второго.