— Около четырёх процентов, это меньше чем в прошлом году.

— Это радует. Какие-то сложности или просьбы есть?

— Гвардейцы просят отдельный знак, чтобы их можно было отличить на парадах.

— Ну что же, это можно устроить, но получить его сможет не каждый, я пришлю вам требования к прохождению специальной полосы препятствий, с прыжками, с парашютом из дирижабля. Это будет краповый берет. Получить его смогут только лучшие из лучших и самые достойные. Ещё какие просьбы? — спросил я.

— Хотелось бы ускорить поставку нам нового вооружения, чем раньше курсанты привыкнут к обращению с ним, тем большему они смогут научиться. Как я понимаю они возможно примут участие в Крестовом походе?

— Да планируется, что весной я у вас их заберу, направив взамен ещё столько же добровольцев. Не забудьте пригласить их на присягу, так как присягать они будут мне лично и роду Романовых. Это условие должно соблюдаться неукоснительно. Те, кто несогласен, должны покинуть гвардейское училище.

На осмотр училища, я потратил ещё два часа, после чего отобедав в столовой вместе со всеми, взяв для себя еду из общего котла на раздаче. Суп, каша с куском мяса, сладкая булочка, компот и большой кусок хлеба. Я с трудом съел всю порцию, хотя курсанты умяли её моментально, что и не удивительно при таких физических нагрузках.

Прежде чем отправится в Гатчину, я посетил тренировочный лагерь, где два полка проходили переподготовку и полное перевооружение, включая обмундирование. Два очень больших лагеря, из палаток и временных построек, раскинулись на территории большого поля, которое в этом году не засеивалось, а из расположенной на краю деревушки, всех расселили по другим деревням, дав за это хорошую компенсацию.

По сравнению с гвардейским училищем, обстановка здесь была более спокойная, но всё равно, праздно отдыхающих и ничего не делающих солдат и офицеров, я не обнаружил.

Меня встретили два генерала, которые показали мне все их приготовления и полосы препятствий, через которые прогоняли солдат на время и заставляли выполнять различные физические нагрузки. Тут же были введено обучения простым приёмам рукопашного боя и усовершенствованного штыкового боя. Рубка на сапёрных лопатках и метание их в цель.

Все солдаты проводили стрельбы, а самые меткие, становились снайперами или пулемётными расчётами. Пулемётов было много и стреляли из них на стрельбище постоянно, на разные дистанции. В целом я остался всем доволен, но как и ожидал, знакомство с офицерами не прошло без эксцессов. Один из капитанов, задал мне вопрос, почему запрещена штыковая атака и почему им необходимо прятаться в окопы. Даже после объяснений о том, что в новой войне будет преимущество пулемётов и скорострельных винтовок, от которых придётся зарываться в землю, убедить его я не смог.