— Распорядитесь подать выпивки и закуски, нам ещё не скоро отдыхать, — сказал я и мы прошли в большую комнату, где стоял стол и несколько кресел, которые я сдвинул рядом, и подвинув небольшой столик, выложил на него свои пистолеты, совершенно забыв, что они у меня все разряжены.

— Вот же, забыл зарядить, совсем расслабился, — сказал я и принялся снаряжать обоймы, новыми патронами, с надрезанным сердечником. Экспансивные пули, это именно то, что нужно для большей уверенности. Такая попав в руку, может практически её оторвать, да и рана будет ужасная, по нынешним временам, практически смертельная.

В этот момент вошёл слуга и служанка, которые внесли подносы с едой. Пока накрывали, я заметил, что у слуги трясутся руки, видать они то же натерпелись. Он выставил на стол открытую бутылку вина и это меня немного напрягло. Я всех заставлял открывать бутылку при мне и показывать пробку на наличие следов укола. Эту мою прихоть знали все, поэтому я подошёл и налил в один из бокалов вино, после чего протянул его слуге.

— Выпей, тебе надо успокоиться.

Тот попытался возразить, но я, достав незаряженный пистолет, приложил его к голове слуги и повторил,

— Пей, иначе выстрелю.

Тот трясущимися руками поднёс бокал ко рту и чуть пригубил его, но я своей рукой поправил и буквально влил в него всё вино. Часть вылив ему на грудь.

Слуга выронил бокал и отскочил к стене, после чего схватился за живот и у него изо рта пошла зелёная пена, рухнув на пол, он засучил ногами и быстро затих.

— Вот и поговорили спокойно, штабс-капитан, выясните, кто его нанял и кто был с ним заодно, у него должен быть сообщник и унесите еду, она может быть также отравлена. Я сейчас приду.

Взяв троих охранников, я отправился к своим комнатам и открыв сейф, достал оттуда бутылку коньяка и консервы, которые я взял на пробу с последней партии, вот и опробуем. То, что они не отравлены, я не сомневался.

Вернувшись обратно, я нашёл всех в соседнем кабинете, куда перетащили кресла.

Открыв взятый с собой небольшой портфель, я достал бутылку коньяка и выложил на стол консервы.

Разлив по стопкам коньяк я разложил походные вилки, после чего открыл консервы. Запах был неплохой и это уже радовало.

Встав, я сказал тост,

— За тех, кто сегодня сложил свою голову за отечество и за нас.

Выпили, не закусывая и я налил ещё по одной. Тут тост сказал отец.

— За тех, кто стоит на страже Российской империи и благодаря кому Россия ещё существует, за вас братушки, — сказал отец, указав на стоящую поодаль охрану. Те от его слов встали в стойку смирно.