Ситуация была патовая. Единорог не может причинить вред дереву, просто такова его природа. А я не могу с этого дерева слезть, потому что внутреннего запрета на мое уничтожение у этой твари нет.
Я автоматически достал телефон и посмотрел на дисплей. Надо же, заработал. Наверное, этот контур гасил сигнал, а теперь его нет, соответственно, я могу позвонить и как следует проораться. Ну а потом приступить к осуществлению плана по избавлению этого мира от инфернального существа, вот только боюсь, что после этого меня и мавка сумеет задавить, потому что выложиться придётся по полной
Люсинда посмотрела на окна, прежде чем войти в подъезд. Окна были тёмными, лишь какой-то отблеск промелькнул, но она не придала ему значения. Вполне возможно, это просто отражение тех же фар. Ну что же, этого следовало ожидать. Она улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка не выглядела слишком жалкой.
Поднявшись на свой второй этаж, Люся открыла дверь и вошла в квартиру. Свет зажжён не был, но на накрытом в комнате столе горели свечи. Стол был сервирован по всем правилам, а может, и не по всем, Люсинда в этом не разбиралась. Пахло чем-то необычным и очень вкусно, рот сразу же наполнился слюной.
Егор сидел на диване и что-то сосредоточенно читал, периодически чиркая в бумагах ручкой и хмурясь при этом.
— Ты приготовил ужин? — растерянно проговорила Люся, останавливаясь под аркой.
— Хм, — Егор отложил в сторону бумаги и посмотрел на неё. — Это очень интересный вопрос. На самом деле, я его попросил привезти. Но стол я сам накрывал, да. Можно считать, что я приготовил ужин в этом случае?
— Я даже не знаю, что тебе ответить, — Люся всё ещё стояла под аркой и не решалась войти в комнату. Она даже отсюда видела, насколько чужеродно смотрится изысканная посуда в этой комнате.
— Тебе надо сказать: «Спасибо, Егор, ты такой милый, позаботился об ужине», — Егор улыбнулся.
— Вообще-то, я уже позаботилась об ужине, сварив целую кастрюлю рагу, — Люсинда всё-таки вошла и приблизилась к столу. — Куда его теперь девать? Завтра уже невкусно будет.
— Ну, — протянул Егор, — тебе не стоит думать об этом. Рагу ничего не грозит, потому что я его съел.
— Ты съел всю кастрюлю? — Люся уставилась на него.
— Так получилось, — он развёл руками. — Садись, давай уже есть, это вкусно.
Егор соскочил с дивана и отставил стул, встав так, чтобы подвинуть его. Он сделал это совершенно автоматически, даже не задумываясь, и Люся почувствовала, что у неё начинается мигрень.
Она села, и с тоской посмотрела на стол. Так дальше продолжаться просто не может. Странно, что она это понимает, а вот Ушаков, кажется, не очень.