– Может, пойдёшь в мою сумку?
Тут Нико снова посмотрел на неё. Тилли с облегчением выдохнула, когда увидела, что он слегка усмехнулся.
– Хочешь, чтобы я переехал к вам? – спросил он. – Люкс точно будет против. Он же точно хочет твоего постоянного внимания.
– Неправда, – возразила Тилли и заметила, что Люкс угрожающе машет рукой-свечкой в сторону Нико. – Ну да, возможно, он покрасит тебе в чёрный цвет нос, – признала она, – или подожжёт тебе брови. Но в остальном он был бы просто чудесным хозяином!
– Разве я могу отказаться от такой смены стиля? – Нико ещё шире усмехнулся, а затем снова заглянул в свою сумку. – Но всё уже улажено, – сообщил он.
Наклонившись, Тилли увидела, что одна из полок превратилась в баскетбольное кольцо. Кроме того, здесь появился уютный диван, а на письменном столе стояли телевизор и игровая приставка.
– Как ты затащил их внутрь? – ошеломлённо спросила она.
– Думаю, сумке просто потребовалось немного больше времени, чтобы подстроиться под меня. А мне тоже нужно было просто избавиться от плохих мыслей.
– Тебе? – осторожно повторила за ним Тилли. – Хочешь сказать, что они пропали?
– Вроде как да. Спасибо Люксу, – ответил Нико. При этом он продолжал смотреть прямо в глаза Тилли, будто хотел сказать что-то ещё. Но Люкс, похоже, решил, что с него уже было достаточно бесконечного ожидания. Хватит разговаривать и улыбаться! Он оттолкнулся от плеча Тилли, кувыркнулся в воздухе и приземлился прямо в её сумку. Последним, что ещё виднелось под светом налобного фонарика, было его дымное смеющееся лицо.
Глава 7
Люкс был в восторге от комнаты в сумке. Его радость оказалась настолько заразительной, что через какое-то время Тилли совершенно перестала думать о диких чудо-вещах. Сначала они с подсвечником покачались в гамаке, а затем играли на полу-доске в «Нарисуй и угадай». Люкс, конечно, вместо мела использовал сажу, и игра с ним, к сожалению, выходила не слишком разнообразной.
– Салфетка, – отгадала Тилли, когда он нарисовал чёрный четырёхугольник. Люкс с довольным видом кивнул средней свечкой и следом начертил треугольник.
– Сложенная салфетка.
Люкс радостно подпрыгнул и изобразил запутанные каракули.
– Мятая салфетка, – Тилли подавила зевок. Салфетки, на которых он мог оставлять тёмные следы, для Люкса были важнее всего на свете. Тилли терпеливо угадывала рваные, грязные и горящие салфетки – пока не вздрогнула от крика.
– Ты слышал? – Она с испугом посмотрела на Люкса, который как раз старательно чертил целую стопку салфеток.
Пока он спокойно продолжал рисовать, Тилли бросилась к верёвочной лестнице. Она так быстро полезла наверх, что едва в ней не запуталась. Стоило ей высунуть голову наружу, как её встретили мягкие утренние лучи солнца. В реке отражался узор из ветвей и листьев, а мимо пролетел тукан с ярко-оранжевым клювом. Тилли заметила, что в эти часы тропический лес вовсе не выглядел таким жутким, как ночью. Он был диким, ярким и очень красивым.