Глава 1
Романов сидел на очередном заседании за закрытыми дверями. Они вместе с новым министром военных дел Германской Империи и его несколькими помощниками пытались решить вопрос о том, кто должен будет выступить первым, если пробой всё-таки появится. На заседании должен был появиться Тангаров, но в последний момент никто не смог его найти.
— Это ваша территория, вам и держать за неё ответ, — спокойным голосом ответил Вальтер, который совсем недавно получил столь высокую должность.
Вальтер Штольцер — один из первых присягнул на верность новому императору, за что и получил столь высокую должность. Да, не всё шло гладко, и он упустил «сумеречных охотников» и девушек в шторме, но ему всё же удалось выкрутиться…
На самом деле это была всего лишь удача и кадровый голод, который создал Станислав собственными руками. Ему нужны были офицеры, чтобы удержать империю на плаву, вот он и начал затыкать высокие должности теми, кто согласился на него работать. Что же касалось старых министров и генералов, то все они очень быстро поделились на два лагеря. Больше того, те, кто не успел присоединиться к лагерю Тангарова, быстро поняли свою ошибку, оказавшись в тюрьме, а затем и на виселице.
— Мы не собираемся выступать первыми! — наотрез отказался Потёмкин. — Предлагаю создать штурмовые отряды. Они вступят в бой, закрепятся на той стороне, это позволит сохранить жизни остальных…
— Нет, нет и ещё раз нет, — Вальтер начал мотать головой как ненормальный. — Мы согласились прилететь, уступили вам в споре о границах, и теперь вы вновь предлагаете нам неприемлемые условия! Хватит!
— Я уже не знаю… — проворчал Потёмкин, прикрыв усталые глаза. — Ваше Величество, — он едва слышно обратился к Романову, — может, долбанёте его? Так сказать, для профилактики? Тангарова здесь нет…
— Вальтер, — император обратился к министру. — Вы ведь умный человек, верно?
— Допустим, — Вальтер уже напрягся, потому что ожидал подвоха от императора.
Собственно, он для того и надел артефакт с даром «защиты личных границ» с небесной руной. С таким уровнем артефакта Романов не мог пробиться к нему в разум, а значит, и приказать ничего не мог. И всё же от давления с его стороны ноги не находили себе места.
— Поймите, мы ведь здесь не в игрушки играем, — продолжил император. — Вы должны понимать, что если падёт один из нас, падёт и второй… Понимаете? Мы все находимся не в тех условиях, чтобы сидеть здесь битый час и торговаться. На той стороне пробоя нас не будет ждать добыча. На той стороне пробоя нас будет ждать или смерть, которая закончится уничтожением человечества, или же победа, которая отбросит технатов. Надеюсь, навсегда… — Романов вздохнул. — Поэтому пятьдесят на пятьдесят — вполне приемлемые цифры. Прошу вас, подумайте ещё раз…