— Благодарю, — я кивнул и пожал ему руку.

— Позвольте вам представить, граф Голенищев Фёдор Порфирьевич, пока ещё владелец этой усадьбы, — он представил друга, и тот сразу же мне поклонился.

— Наслышан о ваших подвигах, Дмитрий Иванович, — граф улыбнулся, и мы пожали друг другу руки. — Полагаю, инцидент, который недавно произошёл, для вас в порядке вещей?

— Вы попали в точку, — согласился я. — Не переживайте, всё компенсирую в лучшем виде.

— Не стоит себя утруждать, — граф улыбнулся ещё шире. — Мы с вашим коллегой уже обо всём договорились.

— Правда? — я удивился. — Выходит, вы согласны продать мне усадьбу?

— С радостью, — кашлянув, ответил граф. — Увы, но я не молодею, и уже начал забывать, какой недвижимостью обладаю…

— Вы не выглядите старым, — удивился я. — Может, стоит немного подлечиться?

— Молодой человек, мне сто семьдесят три года… — граф рассмеялся. — Уж поверьте… — он постучал себе по виску. — Мозг не обманешь… По крайней мере, я не смог найти противоядие против старости.

— Можно было бы попробовать выпить водицы из ларца, — к нам присоединился Толя, который проходил мимо с тарелкой, наполненной сладостями.

— Что ещё за водица? — граф вперился в него взглядом, словно гриф, увидевший лёгкую добычу.

— Это слишком опасно, — я покачал головой. — К тому же мы не знаем, какие у неё есть побочные эффекты.

— Пока никаких, — так же беззаботно ответил учёный. — Разве что умнее от неё станешь…

Понятное дело, что этого разговора в принципе не должно было случиться. Я заметил, что Толя и правда в последнее время стал гораздо умнее и увереннее в себе, вот только разбазаривать чужие тайны направо и налево так и не разучился.

— Толя… — я помотал головой.

— Ой, совсем забыл, меня уже ждёт девушка, — он развернулся и направился туда, куда и шёл.

— Прошу прощения за своего друга, — я сразу же извинился. — Он не хотел давать вам ложных надежд.

— Прошу, — граф упал на колени. — Если есть хотя бы один шанс…

— Фёдор Порфирьевич… — еле выговорил я. — Немедленно поднимайтесь, что подумают люди?

— Плевать! Дмитрий Иванович, я готов на всё! — продолжил он, но я был непреклонен.

«Волшебные нити» подняли старика с колен, не хватало ещё, чтобы передо мной пресмыкались подобным образом.

— Вы не понимаете, о чём просите… — продолжил я. — Вы можете не пережить подобных экспериментов.

— Усадьба… — прошептал он. — Я готов подарить вам усадьбу, только за то, чтобы мой разум вновь стал ясным.

— Фёдор Порфирьевич, дорогой, что же вы раньше молчали? — Соломонов помог другу устоять на ногах. — Дмитрий Иванович, я понимаю ваше беспокойство, и всё же… — он поморщился. — Может, всё-таки есть возможность предоставить нашему другу такую возможность? Подумайте, в Москве мы люди новые, а граф здесь прожил всю сознательную жизнь. Верно я говорю?