— И так все сроки провалены, — молча рассуждал главный конструктор, — что можно сделать в этом случае? Ведь все будут считать, что это именно его ошибка, а не предыдущего руководителя. Так и будут говорить, что пока коллективом руководил Шибалин, все было нормально, двигатели проектировались, планы по вводу в строй новых изделий выполнялись, а при Добрынине все пошло наперекосяк. Из этого следует что? А то, что нужно поднять чертежи, которые делались до его прихода сюда, и доказать, что там тоже не все в порядке.
Приняв такое решение, Владимир Алексеевич не стал признаваться себе, что решился на такой шаг не потому, что хотел что-то, кому-то доказать, просто он как утопающий схватился за соломинку, последний шанс, который отделял его от катастрофы.
— Тебя все равно это не касается, — заявил мне на совещании ОКБ Челомей, когда обсуждали кого из специалистов послать в Германию на поиск конструкций нужных нам приборов, — тема ФАУ-1 нами практически закрыта, нечего нам там смотреть. Разве что навигационные системы, но этим профильный институт займется.
Хм, не очень-то и хотелось, сейчас в Германии жизнь не сахар, просто мне хотелось прикрыться немецкими разработками, мол, все, что предлагаю, у немцев подсмотрел. Но не вышло, придется продолжать палиться, а впрочем, почему палиться, неужели парочку немецких специалистов себе в отдел не получу? Пусть они будут исполнять роль статистов, но опереться на их якобы знания вполне возможно. Или не надо всего этого? С такими темпами, с которыми делают наши реактивные двигатели на заводе 24, пока произошло что-то непонятное в работе Люльки, они будут готовы где-то к середине апреля, да наши ракетчики в это время будут еще только чертежи немецких ФАУ изучать. И мне очень интересно, а куда нынче сбежал Вернер фон Браун? Скорее всего, он уже у американцев, так как его путь наверняка лежал в Швейцарию, а наши войска туда никак не могли добраться. Ладно, если не получается выехать, то почему бы не дать пару советов, куда стоит заглянуть нашим специалистам, ведь хоть НКВД и имеет представление где и чего производилось, список немецких специалистов, причастных к разработке нужных нам приборов, еще долго будет тайной за семью печатями. А так как в Германии первое время будет голодно, то они вряд ли откажутся поработать на СССР.
В феврале пришло известие, что морское ведомство провело боевые стрельбы нашими изделиями в Белом море, от чужих глаз подальше, и добилось впечатляющих результатов. Три попадания из четырех с расстояния запуска в двадцать километров по списанному транспортному кораблю. Правда при попадании в корабль, бомбардировщик находился от корабля уже на расстоянии всего в двенадцать километров, но это уже детали, запускать наше изделие с расстояния в тридцать километров не позволяла погода. Последний пуск изделия производили с боевой начинкой и снимали попадание на кинопленку с барражирующего рядом самолета. Что сказать? Получилось и эффектно, и эффективно — от взрыва тонны с лишнем хорошей взрывчатки, корабль раскололо пополам. Конечно, в случае авианосца, и тем более тяжелого крейсера такого не произойдет, но ущерб будет нанесен очень значительный, так что будет чем удивить японцев.