А потом нож вонзился в ногу Сапожкова. Рана получилась легкая. Это еще повезло. Могло быть хуже.

Но кровищи натекло море. Две девочки свалились в обморок. Хорошо, Ирина Геннадьевна тут же оказала первую помощь.

Врач потом сказал, что мальчику сильно подфартило.

— Пара миллиметров в сторону и лезвие могло перерезать нерв, — сообщил он. — Тогда он остался бы инвалидом.

Слава богу. А тогда Ирина Геннадьевна чуть с ума не сошла. Особенно, когда увидела кровь, хлещущую из раны.

Директор не обещала ничего хорошего. Это у нее такая привычка.

В таких случаях она всегда искала виноватого. Никогда не пыталась защитить подчиненных.

— Весьма прискорбное происшествие, — поджав губы, сказала она. — Родители Сапожкова обещали жаловаться. Вы понимаете, что это значит?

Ирина Геннадьевна догадывалась. Кто-то должен понести ответственность за случившееся. И это явно не директриса.

— Желательно поговорить с ними, понимаете? — значительно спросила та. — Объяснить, что это трагическая случайность. Что из-за не стоит поднимать шума.

Конечно же, Ирина Геннадьевна поговорит. Вот только сейчас она раздумывала.

Может быть, она совсем никудышный педагог? Раз уж у нее в классе постоянно случаются такие происшествия.

Поэтому, придя домой, Ирина Геннадьевна решила не говорить мужу, что случилось. Она хотела прояснить голову.

И еще. Женщине казалось, что в семье тоже неладно.

Муж все время молчаливый. О чем-то думает. При этом старается быть добрым и улыбчивым. Уж не появился ли у него кто-то еще? Только этого не хватало.

Дочь тоже изменилась. Все время запирается в комнате. Часами болтает по телефону. Ну, с ней понятно. Влюбилась. Только вот в кого?

Но больше всего женщину беспокоит сын. Казалось бы, с ним все в порядке. Занялся спортом, как одержимый. Это после того, как избили.

Наверное, что это временно. Потом пройдет. А может, втянется.

Беспокоило другое. Он как будто незнакомый человек.

Неуловимые изменения. В повадках. В разговоре. В поведении. В манерах. Как такое могло произойти? Может, его слишком сильно стукнули?

Ирина Геннадьевна убрала сковородку с котлетами с плиты. Чайник закипал. Она насыпала заварку в другой, поменьше.

— Люди, пойдем ужинать! — крикнула женщина, помешивая поварешкой суп в большой кастрюле. — Аркаша, зови детей!

Сначала никто не ответил. Потом в кухню вошел муж. Уселся за стол, потер лоб. Обычно в таких случаях говорит: «Ну вот и покушать подъехало».

А сейчас молчит. Точно кто-то появился. Уж не Любка ли с их бухгалтерии? Вечно муж про нее рассказывает истории.

— Ты позвал детей? — спросила Ирина Геннадьевна и поставила перед мужем тарелку с супом. — Где они?