Я видел, что он храбрый. И лютый. Но не настолько сильный. Слабее меня. Так что, его можно задавить физикой.

Внезапной атакой его не сбить. Прежний трюк не сработает.

Тут надо самому ждать внезапного нападения. Он будет драться, как мартовский кот. Как сумасшедший бык.

Пусть выдохнется в атаке. А вот потом я вступлю в дело.

Впрочем, есть и другой вариант. Можно просто работать по очкам. Этот парнишка наверняка будет стараться меня опрокинуть.

Мне надо просто толкать его. Стараться поставить подножку, рано или поздно он попадется на мою подставу. Никуда не денется.

Собственно говоря, это тот вариант, который мне советовал Степаныч. Спокойный и разумный вариант.

Тем более, что такая тактика сохраняет мои силы. А они мне, видят боги, еще понадобятся. Впереди еще несколько боев с сильными противниками, поэтому если я сейчас потрачу много запаса в поединке с Калиновым, то может не хватить на потом.

Ладно, война план покажет. Во всяком случае, у меня сейчас есть, как минимум, два варианта для сражения с противником.

Это уже немало. Другие и вообще выходят без плана и выигрывают. Надеюсь, Полина тоже посмотрит, как я буду бороться и потом поздравит меня с победой.

Или утешит с поражением. Хотя, об этом нельзя думать. Отставить пораженческие настроения.

Как раз объявили мою фамилию и я отправился на ковры. Взглядом выискивал Полину и уже перед самым ковром увидел ее, довольную и улыбающуюся, сидящую напротив.

В стане врага, среди армейцев, а с двух сторон от нее сидели сразу два офицера и старались развлечь. Видимо, получалось успешно, потому что девушка благосклонно улыбалась, поглядывая иногда на меня. Ладно, обойдемся без нее, отсюда поддержки не дождешься.

Теперь я переключился на противника. Калинова я уже до этого видел мельком, так что теперь без особого удивления рассмотрел парня среднего роста, крепкого и широкого, с длинными мускулистыми руками, напоминающего лапы орангутанга.

Квадратный подбородок, сосредоточенный дерзкий взгляд серых глаз. Он держал голову слегка приподнятой, отчего казался высокомерным.

Впрочем, может и в самом деле высокомерный. Это сразу и выяснилось, кстати. Я подошел и поздоровался, а Калинов подал мне ладонь и тут же пихнул меня в грудь.

— Как дела, песик, ты давай, веди себя хорошо, и я тебя не обижу. Договорились?

Говорил он это громко, так, что услышал рефири, он тут же сделал замечание:

— Я попрошу вас соблюдать уважение к противнику, иначе немедленная дисквалификация, слышите? Самбо — это территория уважения и терпения, понятно? Я вас спрашиваю, Калинов, понятно?