мере для меня. Вдруг вдали послышался рёв разъярённого исполина. По моему телу пробежала тёплая волна, и я снова засветилась. Чувствую, летит мой дракон. «Ронарчик, миленький, успей, пожалуйста». Взмолилась я с новой силой. — Отец, это наследник, — по рядам врагов прокатилась волна паники. Главный жрец — отец князя и Аканты? Жертвоприношения и интриги, похоже, у них семейный промысел. — Нужно торопиться. — Да, дети мои, быстрее. Главный жрец внёс ещё какие-то коррективы в мой рисунок. В это время жрецы поправляли рисунок на полу зала. Закончив чертить, главный, плюнув на браслет подчинения, схватил меня за руку и потащил к жертвеннику. Поскольку ноги начали меня слушаться, я упёрлась ими в пол, а потом, не удержав равновесия, упала. Главный злодей раздражённо кинул: — Гарнье. Оборотень подхватил меня на руки и, несмотря на трепыхания ногами, положил на жертвенник. — Вельхиор, Аканта, ноги и руки. Приказал главный вампир. Напряжение росло. Я закричала, ко мне вернулся голос, и задёргала ногами сильнее. На улице мне ответил разъярённый рёв моего дракона, и храм сотрясло от удара. В этот момент Аканта прижала мои ноги, а князь и Гарнье схватили меня за руки. Топот огромных лап гулко приближался. — РОООНААРР!!! Орала я. Жрец начал что-то заунывно читать, достав из складок своего балахона острый камень, испещрённый письменами. Он занёс его надо мной. В этот момент в проёме показалась чёрная драконья морда, на которой висели два вампира в попытке его остановить. Ронар стряхнул их, как собака блох, и выпустил пар из носа. Я радостно вздохнула. — Ронар!! Он пришёл, он меня спасёт... В это время невыносимая боль пронзила мою грудь. Отвлёкшись на принца, я упустила момент, когда жрец всадил в меня свой импровизированный кинжал. В глазах потемнело, и меня вышибло куда-то вперёд. Оказалась я в сером густом тумане. Не было видно ничегошеньки, даже моих рук, поднесённых к лицу вплотную. В груди болело не переставая, как будто оттуда вытекало всё тепло и силы. Я чувствовала, что здесь не одна. Рядом носились тени и силуэты. Они тянулись ко мне, мерзко хохоча, и шептали: — С-сладкая!! Вкус-сная!! Одна из теней совсем обнаглела и потянула своё щупальце к моей руке. Но только она коснулась своей холодной конечностью моей кожи, та вспыхнула ярким светом и обожгла нахалку. Заверещав, тень отпрянула. Сосущее давление на грудь немного уменьшилось. И я поняла, что мои неизвестные покровители не оставили меня в беде. Магия была при мне, и она защищала. Надежда вспыхнула с новой