Очень угрожает. Но не сейчас, а когда по лесной «дороге», проложенной инженерными машинами разграждения, подоспеют другие соединения, выделенные для прорыва к границе СССР. Эта техника уже ушла назад, на восток, прокладывать новые колонные пути для ускорения переброски советских войск. Как в книжке про Мальчиша-Кибальчиша говорится, нам бы только день простоять да ночь продержаться, пока подойдёт Красная Армия и погонит врага туда, откуда он пришёл.

Выслушивая отчёт ротного о потерях (два пулемёта, противотанковое орудие, попавшее под артобстрел, восемь убитых и пятнадцать раненых), Виктор отчего-то вспомнил песню, исполнявшуюся одним из «добровольцев» в то время, когда Красная Армия только-только перешла в наступление на дальних подступах к Москве:

Кто-то встал в полный рост

И, отвесив поклон,

Принял пулю на вздохе.

Но на запад, на запад ползет батальон,

Чтобы солнце взошло на востоке.

Животом по грязи, дышим смрадом болот,

Но глаза закрываем на запах.

Нынче по небу солнце нормально идет,

Потому что мы рвемся на запад!

Руки, ноги на месте ли, нет ли?

Как на свадьбе, росу пригубя,

Землю тянем зубами за стебли

На себя, под себя, от себя!

Его батальон скоро, очень скоро снова двинется на запад. Бегом, шагом, ползком, но будет наступать, «чтобы солнце взошло на востоке». Отталкиваясь от земли локтями, цепляясь зубами за траву «на себя, под себя, от себя», но будет наступать.

Наблюдателей в Янушах больше нет. Но есть ещё у Хвояновки, отделённой от Дашевичей лесом. И именно они сообщили по радио о приближении со стороны Рожковки колонны «странно одетой» пехоты.

— Полицаи, — спустя несколько минут уточнил старший группы. — До полутора рот.

Это тоже понятно: немцы «скребут по сусекам» всё, что оказалось под рукой. Вот, видимо, и отдали приказ согнать предателей из всех окрестных деревень и сёл. И не стоит этих гадов недооценивать: местность они знают превосходно, прекрасно научились воевать с партизанами в здешних лесах. А от позиций роты, окопавшейся на окраине Дашевичей, до опушки сотня — полторы метров.

— Отходите на юго-восток, — приказал наблюдателям Юдин. — Потом вдоль Хвояновского рва доберётесь до нашего правого фланга. И без самодеятельности! Подступы к опушке леса сейчас заминируем, если пойдёте другим маршрутом, можете нарваться на наши «сюрпризы».

Мин в распоряжении батальона немного, но отбить желание ломиться через лес они вполне способны у кого угодно. Ведь сложно заметить в кустах и траве колышек с надетой на него ребристой чугунной рубашкой и тянущейся от него к другому колышку, дереву или кусту тонкой проволочкой. А зацепишься ногой за такую проволочку, и мина ПОМЗ-2 в радиусе четырёх метров посечёт осколками буквально всё. Ещё сложнее увидеть прикрытую травой мину направленного действия МОН-50, «выплёвывающую» около 500 шариков или роликов на полсотни метров с углом их разлёта 54 градуса. «Дёрни, деточка, за верёвочку, дверь и откроется». Дверь на тот свет… Эх, перекрыть бы этими «сюрпризами» весь язык леса, разделяющий Хвояновку и Дашевичи, да только нету для этого ни достаточного количества мин, ни времени.