Я надеялся, что закупщики не упустят возможности загулять в большом мире и напьются на природе. Они не подвели. Приехало два человека, один, как выражался «язык» Свешникова, офицер с тонкими, даже аристократическими чертами лица, а с ним мордоворот, явно взятый, чтобы таскать тяжести.

Припарковались они в тихом уединенном месте, нам это было на руку. Достаточно было дождаться, когда уже заметно хлебнувшие самогона тюремщики вернутся с покупками. Я даже дал им сумки уложить в багажник. Офицер вполне подходил мне по комплекции, так что я принял его облик, мордоворот же просто сгинул в кармане. Его настоящий начальник, конечно, тоже. Я не знал, как вороватая рука заработает в осколке, поэтому достал все наше снаряжение заранее. Мы еще раз обговорили план. Ликвор ликвором, но техника должна работать и там, даже если пришла к нам из будущего. Но если все же не сможет, вломимся к ним на их же машине и убьем всех, кто станет на пути. Это тоже план. Он простой, а значит — надежный.

Первым подъехал к воротам маковый автобус. Я, все еще пребывая в образе тюремного офицера, раздраженно побибикал, и мне без колебаний открыли. К автобусу подошел один из мордоворотов-охранников, тот самый, которого Ирина вчера допрашивала.

— Пароль! — спросил он, явно прикалываясь.

Я в ответ выпалил то, что первым пришло мне на ум, и не спрашивайте, откуда это выплыло.

— Шушпанчик символизирует беззащитность и уязвимость, а также может ассоциироваться с детством и наивностью.

Охранник завис на несколько секунд, глядя на меня как на сумасшедшего, потом ухмыляясь, принюхался.

— Нажрались опять, ваше благородие?

Я на что-то подобное искренне рассчитывал, так что обрызгал себя самогоном, как духами. Потянувшись вглубь салона, я достал пакет с купленной вчера водкой, открыл дверцу и протянул пакет стражу.

— Выпей и ты за наше здоровье.

— Спасибо, ваше благородие, — обрадовался мордоворот. Он попытался вглядеться в недра автобуса, но ничего не разглядел сквозь тонированные стекла. — А где Сидоров потерялся?

— Сломался твой Сидоров, дрыхнет там, — я махнул рукой в заднюю часть салона. — Хочешь поздороваться?

Я мог бы уже начать убивать, охранников было всего пятеро. Пять ножей — пять лбов. Просто именно этот громила не казался моему чутью убийцей с руками по локоть в крови. Просто здоровый деревенский парень, решивший, что в банде веселее и менее хлопотно, чем в поле.

Я сделал шаг в сторону от дверцы, мордоворот наклонился, мне не составило труда нажать пару точек на его шее и пропихнуть бесчувственное, но пока живое, тело в салон. Остальные еще не поняли, что происходит, хотя смотрели на нас с интересом. Ну еще бы, здесь не так уж много событий случается.