Абель достал огромный и красивый Тарантул с глушителем. Он обернулся к остальным.

— Извините, но с собой я зову только инвейдеев. Мы быстро вернемся, но теперь оставьте нас с мистером Васнецовым.

Ворча, Михельсон и Вронский опять вышли в коридор. Абель сделал мне приглашающий жест, предлагая пройти к шкафу. Когда я шагнул в него, управляющий положил мне руку на плечо, и так мы перенеслись в Токио.

Кабинет оказался точной копией осколочного — экзотичная смесь японского дизайна и стеклянного модерна семидесятых. Но я так и понял, что этот филиал Иван создал первым, вдохновленный оригиналом. Мне стало жаль, что не довелось погулять всю ночь в исходном клубе. Мои же приключения в Нарышкинском отражении трудно назвать радостными. Никого здесь не было, но Абель сделал мне жест рукой, дескать, подожди минутку, подошел к столу и нажал скрытую под столешницей кнопку. Раздался мелодичный, но громкий звон, явно служивший здесь сигналом тревоги.

Я поставил один из стульев напротив входа, сел, положив на колени Библиотекаря. Абель же устроился в директорском кресле.

В кабинет влетели два охранника в комбинезонах ниндзя, похожих на тот, в котором щеголял киллер, покушавшийся на Гоморру. В руках они держали вместо положенной катаны автоматы неизвестной мне марки. За ними вошел сильный инвейдей, широкоплечий плотный японец в кимоно. Он прорычал что-то короткое, я не успел расслышать что именно, но ниндзя мигом убрались в коридор. Впрочем, я чувствовал, что они стоят за дверью.

— Рад приветствовать вас в своем доме, Кромфилд-сан! — сказал японец по-английски. — Вам стоило предупредить меня о своем визите, я бы приготовил достойную встречу.

Абель приветственно наклонил голову, но при его комплекции, вряд ли хозяин кабинета ждал реверанса. Я последовал его примеру, вскакивать и кланяться при виде террористов — явный перебор.

— Конничива, Исикава-сан, — ответил Абель. — Исключительные обстоятельства вынудили меня свалиться как снег вам на голову. Есть два момента, которые меня извиняют. Возможно, вы слышали, что согласно завещанию мистера Абрамова, я унаследовал этот и все клубы «Саби Нойзу»?

— Переход прав — процесс долгий и трудный, но я поздравляю вас с приятной вестью, — поклонился Исикава не слишком низко.

— Также вчера в русском клубе, что располагается в городе Нарышкин, произошло досаднейшее событие. Злоумышленники покушались на жизнь и свободу певицы Гоморры. Возможно, вы слышали это имя?

— Слава певицы Гоморры соперничает лишь с ее красотой, — Исикава наклонил голову.

— Но где мои манеры, Исакава-сан! — встрепенулся Абель. — Позвольте представить вам моего друга. Андрей Васнецов, поклонник певицы, крайне опечален ее невзгодами. Я доверю ему изложить нашу просьбу.