Асенька: Мне нужно с тобой поговорить сегодня. Это срочно, Иза.
Чёрт. Я забыла про пары. Я просто не вспомнила про них, смотрю на часы, время — шесть утра, по сути, у меня ещё много времени, чтобы собраться, но я не могу взять и бросить моего мужчину. Мне хочется заботиться о нём. Поэтому я пишу:
Я: Созвонимся вечером? Ты в порядке? Сегодня придётся пропустить пары.
Асенька: Да, всё хорошо, поговорим завтра. При встрече.
Я: Хорошо, напишу чуть позже.
Асенька: 💖
Откладываю телефон, несу настой в комнату. Черри опять лежит на животе у Кирилла, она положила голову на лапы и просто наблюдает за ним.
Я сажусь на край его кровати.
— Кирилл? Выпьешь это для меня?
Он приоткрывает один глаз, его всегда яркий серый цвет кажется мутным, он кивает, чуть приподнимает голову и, как и в прошлый раз, без вопросов выпивает всё, что я ему даю.
***
Кирилл
Я открываю глаза, чувствуя шевеление на своём животе. Что за?.. Блядь. Это животное. Она очень комфортно свернулась, вылизывая свои лапы. Прекрасно. Теперь я буду для неё лежанкой.
Голова болит меньше, но в ней всё ещё стучит. Радует то, что меня перестало тошнить. Так бывает, когда я долго работаю и забываю отдыхать, как, например, последнюю неделю. Обычно после длительных командировок нам даётся по два-три выходных дня, поэтому я рад, что могу спокойно отлежаться дома. С Изабеллой под боком. Оглядываю комнату, нигде не находя её. Может, она уехала домой? Невозможно, я чувствовал, как она вытирала мой лоб и целовала каждый раз, когда я стонал.
Стаскиваю с себя Черри, мне нужно в туалет. Когда я заканчиваю дела в ванной, кое-как ковыляю на кухню. Еда, мне нужно много жирной еды. Останавливаюсь в дверях, на кухне стоит Изабелла в своих коротких шортах и опять этой майке. Я сожгу этот смешной кусок ткани, который облегает её грудь. Несмотря на то, что всю ночь мы занимались сексом, видя её с пучком на голове, в домашней обстановке, я вновь её хочу. Жаль, что моё тело ещё не восстановилось.
— Солнышко?
Изабелла визжит, поворачиваясь ко мне, кидая в меня лопаткой. Крем или тесто попадает на мою грудь, лопатка отскакивает, когда Изабелла пытается отдышаться.
— Кирилл! Я могла умереть от разрыва сердца. Ты напугал меня до чертиков.
Я усмехаюсь, она не умрет от испуга.
— Прости, я не хотел. Чем ты занята?
— Пеку тебе маффины с шоколадом.
Её губы трогает милая улыбка, медовые глаза горят ярко. Я рассматриваю её тело, руки немного запачканы мукой, на верхней губе шоколад, видимо, она пробовала начинку, и в воздухе стоит сладкий запах выпечки. Эту милую картинку портит кадр телевизора, где какой-то мужик сообщил, что нашел труп человека, расчленённого заживо.