— А теперь клянись… — как-то растерянно закончила фразу Марша.
— Да клянусь я, клянусь! — проворчал я, буквально чувствуя, как на лбу проявляется надпись “Подкаблучник”.
Причем, похоже, она была там с самой первой встречи: в момент нашего знакомства я, кажется, и в сознание вернуться не успел, а уже по ее командам прыгал: “Сидеть! Нельзя! Фу!”... Ага, а потом она меня покормила, и я запомнил, что слушаться мисс Сандерс — хорошо. Всё по науке: дрессировка, положительное подкрепление и формирование рефлекса.
А вот то, что она предпочла притвориться, что не заметила моей выходки с губами — это хороший признак. Если бы ей не понравилось, она бы донесла это до меня в резкой и, вполне возможно, — физически болезненной форме.
— Тогда давай есть! — переключила она тему. — Салат уже практически готов. А тебе было бы неплохо переодеться!
— Прямо сейчас?..
— Нет, давай сначала поедим!
Я послушно раскладывал мясо по тарелкам и размышлял. С одной стороны, нет ничего ужасного в том, что я покорно следую воле хозяйки дома: я тут на птичьих правах. Я бы даже сказал, на мышиных: ем, сплю, одеваюсь, пользуюсь благами цивилизации и прячусь под веником целиком и полностью за её счет. Ещё и использую в качестве полевого агента для сбора оперативной информации. Ай да я, ай да молодец! Послушно выполнять распоряжения Марши взамен — крохотная плата. И всё же…
Всё же еще каких-то пару дней назад, узнай о вновь открывшихся обстоятельствах дела, я бы уже выворачивал свидетельницу наизнанку, выжимая из нее всю информацию, которую только можно добыть.
А сейчас мне не то чтобы плевать на случившееся, — нихрена не плевать, и то, что произошло это рядом с Маршей, мне категорически не нравится. Но я понимал: неприятности уже случились. Они никуда не денутся. А вот мисс Сандерс — может. Я выторговал себе всего два дня, и за эти два дня я обязан ненавязчиво продемонстрировать Марше все преимущества… Постоянных? Долгих? Устойчивых? Да не суть важно, главное — отношений со мной. Например, я могу ее кормить. И починить эти чертовы ступени, на которых она утром чуть не поломала ноги.
Потому что я, кажется, определился, с кем хотел бы всю оставшуюся жизнь скандалить из-за волос в стоке ванной.
Глава 2. Сокровища
Зак
Ужин прошел спокойно, даже как-то по-семейному. У Марши словно тумблер переключили. Может, её успокоила клятва, а может, в её семье, как и у нас, было не принято обсуждать дела за столом. Она высоко оценила мой талант повара и выразила надежду, что остальное у меня выходит не хуже.
Я глубокомысленно согласился: да, я очень талантлив и разносторонне одарен! Готов продемонстрировать свои способности хоть сейчас!