Далее и случилось то, что случилось; а нам Разия может быть полезной следующим: как и всегда на Востоке, если ты с кем-то долго и хорошо работаешь либо сотрудничаешь, твои отношения становятся ещё и личными. А деловой партнёр очень часто становится если и не частью твоей семьи, то более чем близким другом. Что поделать, менталитет.
Не минула сия участь и наших «невидимок», бывавших в гостях у отца Разии (наверняка по бумагам было оформлено как рабочая командировка, подумалось мне).
Разия с отцом, в свою очередь, тоже была у них тут в гостях, в составе торгового каравана.
В общем, в моих глазах это выглядело как якобы рабочий визит французской братвы там , скажем, к коллегам в США. В Майами или в Лос Анжелес. А потом ответный визит американский коллег к французам, скажем, на Лазурный Берег. Всё это — с поправкой на местные условия.
Убийство стражников возле рыбного амбара для города незамеченным не осталось. Разия, имевшая определённый кредит доверия у некоторых знакомых в городе, очень быстро выяснила внешнюю сторону происходящего и мгновенно домыслила подоплёку. Кстати, оказывается, люди местных «невидимок» легко общались и с Разиёй, искренне полагая связь деловой, а её — родственницей партнёров их партнёров (что соответствует истине).
А когда от тех же знакомых услышала, что дочь Хана туркан срочно собирается выезжать (приготовления двух сотен на виду у всего города в лагере тайной не остались), взвесила все «за» и «против» и ринулась переулками наперерез нашему маршруту. Еле успела.
В общем, когда мы через четверть часа, как и оговаривалось, несёмся галопом по следам «невидимок» (выдав Разие одного из запасных коней от щедрот Алтынай), я думаю, что миры могут быть разными, а люди и нравы в них очень даже сходными.
Вообще, галоп до вечера — это достаточно громко сказано. Постоянно гнать коней в таком режиме не получается, несмотря на то, что лошадей отбирала лично Алтынай, руководствуясь собственными соображениями и не ограничиваясь ничем. В те моменты, когда с галопа переходим на рысь (или даже на шаг), внутри нашей четвёрки разговариваем.
— Если ночью доедем до плоскогорья, можно будет и ночью не останавливаться, — бормочет Алтынай, приподнимаясь в стременах и приглядываясь к какой-то точке сбоку от дороги. — Вон на стоянку пастухов похоже, давай поговорим⁈ — бросает она и, не дожидаясь ответа, направляет коня к чернеющей вдалеке невнятной точке.
— Если пастухи ваши , лучше б тебе с нами? — оборачиваюсь к Актару.
— Согласен, — моментально кивает он и дисциплинированно следует за Алтынай.