— У меня нет брата! — я сорвалась на визг. — У меня была бабка, а родители погибли в аварии! А ещё, меня зовут Лика, а не Мари. Останови машину, придурок!

— Блять , — он вдруг ударил ладонью по рулю. Звук был как выстрел. — Лика. Какая нахуй Лика? Тебя Марией назвали в честь бабки, которая полгорода в страхе держала. А «Лика» — это кличка, которую тебе эти твари придумали, чтобы след запутать. "Бабка" твоя была старой сукой на зарплате у похитителей! Твои родители — Максим и Елена Ольшанские. Тебя украли в три года прямо из песочницы, пока нянька курила за углом. Я тогда чуть не вскрылся от вины, Мари! Я должен был следить за тобой!

Он на секунду оторвал руку от руля и осторожно, почти невесомо, заправил мне прядь волос за ухо. В этом жесте было столько неуклюжей нежности, что у меня перехватило дыхание.

— Слушай меня, мелкая. Я знаю, что ты ни черта не можешь помнить. И знаю, что этот мудак Демьян тебя запер. Но теперь — баста. Ты дома. У Ольшанских длинные руки, и если этот влюбленный маньяк сунется сюда, я ему его порты в одно место засуну. Не дрейфь. Сейчас доедем, там нас встретят. Поешь, поспишь. А завтра будем решать, как нам разнести эту империю к едрене фене. Поняла, Мари?

— Лика, — упрямо повторила я, хотя внутри что-то предательски отозвалось на его заботу.

— Поговори мне еще, — хмыкнул он, прибавляя газу. — Для меня ты всегда будешь мелкой Мари, которая вечно воровала мои конфеты и ревела из-за разбитых коленок. Сиди тихо, горе луковое.

Машина продолжала нестись по шоссе, а я, немного остыв от первого взрыва ярости, во все глаза разглядывала своего внезапного «спасителя». Сходство было пугающим — те же черты, та же порода, только в мужском, более грубом исполнении.

— Допустим, я тебе верю, — я скрестила руки на груди, пытаясь унять дрожь в коленях. — Но ответь мне: какого черта ты караулил именно у той двери? Откуда ты узнал, что я выберу служебный выход, а не парадный? И вообще... как вы узнали, что я сегодня буду в этом торговом центре? Демьян параноик, он до последней секунды не говорил, куда меня повезут.

Александр коротко хохотнул, не отрывая взгляда от зеркала заднего вида.

— Мелкая, ты нас недооцениваешь. Демьян, конечно, крутой перец, но его безопасность дырявая, как решето, если знать, куда совать пальцы. Как только наш с тобой отец — увидел твое лицо в коридоре этого склепа, он чуть инфаркт не схватил. Вышел оттуда и сразу позвонил мне. Сказал: «Саш, я видел призрак Мари».

Он резко крутанул руль, уходя на лесную дорогу, и на мгновение взглянул на меня со смесью гордости и азарта.