— Хорошо… папа.

— Не беспокойся, обед я прикажу подать к тебе в комнату, ты пока еще официально нездоров, да и будешь считаться таковым, пока я не скажу. А после обеда я буду ждать тебя в своем кабинете, часов… — граф бросил взгляд на электронные часы, стоящие на каминной полке, — эдак в пять пополудни.

— Хорошо. И… спасибо!

— Отдыхай, осваивайся, — граф оглянулся через плечо. — Добро пожаловать в новую жизнь!

Да уж, жизнь обещала быть веселой. Со Старшим мы пробеседовали до глубокой ночи, прервавшись лишь на ужин, поданный в его кабинет, удовлетворяя любопытство друг друга. Только вот граф при этом не скрываясь делал записи в блокноте — то, о чем мы говорили, не подлежало записи никакими электронными устройствами.

Папа профессионально выуживал из меня информацию, я профессионально ему ее подставлял, мне скрывать было нечего. Пришлось честно сознаться, кто я и откуда, чем занимался, да и основные вехи своего жизненного пути — запираться смысла не было, а привлечь меня за нарушение подписки никто не сможет, нет меня теперь там и никогда не будет, прощание в Управлении, положенный старшему офицеру залп в воздух и памятник на кладбище, на котором моя фотография молодого и красивого в форме с васильковыми просветами на погонах. Все, майор Радов свой жизненный путь закончил, здравствуй, граф Драбицын! Ну хотя бы такой мегарояль попался, оказаться в родстве с всесильным аналогом Андропова другого мира. Осталось только воспользоваться мегароялем, чтобы сыграть свою партию. Ноты вот только где?

— Да, интересно ты жил… И вы все вместе со страной. Странно конечно такое слушать, но я тебе верю.

— Я говорю правду, господин граф, и вы уже это поняли.

— Чем ты планируешь заниматься дальше?

— А чем я могу заниматься, будучи двенадцатилетним школьником? Учиться, развиваться, в школу опять пойду, в институт…

— Никуда ты не пойдешь, — заметил граф, поправляя очки. — В школу — точно нет, в институт — потом об этом будем говорить.

— Ну понятно, почему нет.

— Ну вряд ли, — заметил граф, подавшись вперед. — Школа, в которой ты учился, закрытая. Для детей высокопоставленных сановников и прочих секретоносителей высокого ранга. А поскольку ты учился в ней три года, то к тебе успели привыкнуть, ты обзавелся знакомыми и друзьями. Я очень сильно сомневаюсь, да более того, даю гарантию, что вы ментально разные, просто не можете быть схожими настолько, чтобы обмануть ближний круг общения. Это раз. А вот то, что сейчас идет непонятная тайная война — это два. Мой Саша погиб, его убили магическим ударом.