Развернувшись перед вновь застывшим начальником охраны, князь недобро усмехнулся:
— Ущерб оцениваешь? Знаешь, мне эту пальбу и бомбистов еще долго вспоминать будут. Как и то, как одну из лучших групп безопасников поимели всех разом. Жирком заплыли, расслабились. Привыкли, что все идейные идиоты предпочитают бомбами в проезжающие машины кидаться или в публичных местах о себе заявлять. А то, что в гости заявятся, так подобной наглости не ожидали. И как итог — двое убитых и грандиозный скандал… Что они у старика забыли?
— Экспроприацию затеяли. Вскрыли сейф, сгребли все наличные, что граф держал дома. Явно по наводке действовали, знали, куда идут.
— И пока одна группа изображала борцов за идею, вторая занималась обычным грабежом… А бедного пацана прихватили в качестве заложника, чтобы прикрыть отход.
Посмотрев на лужайку, куда медленно опускался тяжелый вертолет с имперским штандартом на боку, князь закончил разнос:
— А самое паршивое, что пока вы вместе с болванчиками из дорожной патрульной службы играли в бравых солдатиков, мальчишка умудрился подорвать бомбу, которая валялась в автобусе террористов. Извернулся и активировал, прикончив шестерых вооруженных до зубов ублюдков, ухитрившись вывалиться из фургона на полном ходу до взрыва. Сам при этом обгорел, но за деда поквитался…
Вздохнув, старик жестом отпустил охрану, повернувшись к сыну, который молча наблюдал за выволочкой из удобного кресла:
— Мальчика мы подлатаем. Хотя хирурги и говорят, что рубцы и шрамы сводить придется где-то через год-два, сейчас организм слишком слаб для этого. Поэтому парню придется потерпеть. Ну и поговори с Михаилом. Все же Анджей пострадал в том числе и из-за нас. Из-за того, что его дом вся эта падаль выбрала из-за удобного расположения для проведения дурацкой «акции». Так что примем сироту воспитанником, пусть учится вместе с твоим оболтусом. А то у внука в голове одни девушки и развлечения.
— Потоцкого могут и заклевать. Все же графский титул, тем более польский, не защита от злых языков «золотой молодежи».
— А вот пусть Михаил и прикроет. Заодно чудом выживший Анджей будет им зримым напоминанием, в каком мире мы живем, и что никто не застрахован он любого выверта судьбы. Я все сказал…
Ну наконец-то! Вот он, торжественный момент, который, будь я не мальчиком двенадцати лет, обязательно бы обмыл хоть чем-нибудь. Лаборатория была готова и теперь помещение торжественно сияло первозданной пустотой в антураже пустых светло-бежевых стен и покрытого толстым линолеумом пола. А также все это было поделено на две части — техника и электрика будет в одной, химия — в другой, соответственно и две разные вытяжки. Мэн кэйв, как его называют штатники, получился зачетный. Ну-ка, теперь давай, папА, финансируй, раз обещал!