— Ты что творишь⁈ — закричала Вайлетт снаружи и задолбила сумочкой по крыше автомобиля.
— Зачем тебе себя мучить и ехать больше часа с неприятным тебе человеком? Вот и поищи себе попутчика получше!
— Открой немедленно дверь! Ты не оставишь меня одну на трассе!
Я по-злодейски захохотал.
— Это я и делаю. Всё, детка, чао. Мне нужно еще твоего кузена догнать.
— Уилсон, я тебе яйца оторву! — услышал я крик, когда тронулся, — Ты покойник, американец, покойник!
Из-за перепалки с Виолеттой я потерял еще минуты две, если не больше, так что Джанни опережал меня на достаточно приличное расстояние. Но шанс догнать его всё равно был. И повезло, что дорога на север, в Доломитовые Альпы где и располагалась Кортина ничуть не потеряла в качестве, по сравнению с шоссе между Миланом и Венецией, но стала менее оживленной. И самое главное, тут практически не было грузовиков. Поэтому скорость я смог держать даже большую, чем на первом участке. Правда, всё это в полной мере относилось и к моему сопернику, так что я, несмотря на то, что ехал очень быстро всё равно проиграл.
И обиднее всего, что проиграл на какие-то жалкие секунды, мизерный отрыв для гонки протяженностью за четыре сотни километров.
Я догнал Джанни перед самой Кортиной и в теории мог бы попробовать сделать его уже в самой столице зимних олимпийских игр. Но не судьба. А всё из-за туристов, болельщиков и прочих праздношатающихся по городу людей. Их тут было столько, что тротуаров хватало не везде. Так что риск кого-нибудь прокатить на капоте зашкаливал. Заголовки газет «Американский миллионер-убийца» меня не прельщали. Удар по репутации много хуже, чем проигрыш в безобидном пари. Поэтому Джульетта остановилась на финише после Фиата Аньелли.
Оркестр на центральной площади курортного городка, куда стекались все людские потоки, заиграл марш, фоторепортеры ринулись к нам делать снимки и брать интервью. Джанни сиял, я держал лицо. Не переставая улыбаться, мы на многочисленные камеры пожали друг другу руки и сказали пару слов прессе о прошедшей гонке.
— А где Виолетта? — шепнул мне Аньелли.
— В Венеции вышла. Какие-то срочные дела.
— Вечно у нее семь пятниц на неделе, — без особого недовольства прокомментировал действия ветреной кузины Джанни, а значит был привычен к ее закидонам.
Я встретился глазами с Алессандрой, та подбадривающее мне улыбалась. А вот стоящий рядом с ней Никола сильно хмурился. Не по душе ему пришелся мой проигрыш на Джульетте.
— Ну, начнем? — напомнил мне Аньелли, что час расплаты пришел. Поскольку на наш финиш набежала толпа журналистов, ага, так и поверю, что это было чисто случайно, то Джанни милостиво заменил катание на санках, катанием на спине проигравшего. Не тащиться же на снежный склон, по пути ведь можно кое-кого из борзописцев потерять. А пиару Аньелли такие риски ни к чему.