Карла тоже заметила.
— Не останавливайся надолго, — тихо сказала она.
— И не собирался.
Мы продолжили идти, просто немного медленнее.
Через несколько секунд Себастьян нас догнал.
— Виктор, — приветливо произнёс он и протянул руку.
Мы пожали друг другу руки.
Вокруг мгновенно начался настоящий световой шторм. Казалось, все фотографы одновременно поняли, какой именно кадр завтра окажется на первых полосах.
Ну вот, дело сделано.
Кандидат в президенты жмёт руку директору Виды прямо перед входом на президентский бал. Даже если мы сейчас больше не скажем друг другу ни слова, этого снимка хватит для десятков интерпретаций.
Себастьян повернулся к своей спутнице.
— Моя жена, Нерея.
Женщина улыбнулась.
— Очень приятно.
— Виктор, — представился я и чуть склонился, коснувшись губами её руки. — А моя очаровательная спутница…
Мы уже миновали основную прессу и начали подниматься по ступеням.
Нерея мягко рассмеялась.
— Бросьте. Кто в Фаворе не знает Карлу дэ Леон, первую красавицу столицы. Нерея дэ Гарро.
Она доброжелательно кивнула Карле.
— Рада наконец познакомиться лично.
— Взаимно, — Карла ответила такой же лёгкой улыбкой.
Себастьян оглянулся на журналистов.
— Общий снимок.
Возражать никто не стал.
Мы остановились на широких ступенях и повернулись к прессе. Я встал рядом с Карлой, Себастьян рядом с Нереей. Вспышки снова защёлкали одна за другой. Кто-то кричал, чтобы мы посмотрели левее, другой просил задержаться ещё на секунду.
Я улыбался и одновременно думал о том, что Себастьян явно не просто пользуется моментом. Он его создаёт. Через полминуты мы наконец двинулись дальше.
Внутри резиденция выглядела ещё более впечатляюще.
Не показная роскошь дворца, где каждая поверхность должна кричать о деньгах, а именно государственная монументальность. Тёмный полированный мрамор, высокие колонны, широкие арки, тяжёлые портьеры. Налёт старины, затёртый пол и бронзовые тусклые дверные ручки и канделябры. В центре главного зала на небольшом возвышении стоял белый рояль. Над ним висела огромная хрустальная люстра, которая рассыпала свет на тысячи мелких бликов.
Официанты сновали между гостями во фраках и бабочках, напоминая важных пингвинов. Количество толстосумов, политиков, чиновников и журналистов тепла атмосфере тоже не добавляло.
Скорее наоборот.
Зал походил на огромный аквариум, куда собрали самых опасных рыб страны и заставили их улыбаться друг другу.
Появление Себастьяна заметили почти сразу.
Кандидат в президенты едва успел сделать несколько шагов, как к нему потянулись люди. Кто-то подходил поздороваться, кто-то просто хотел попасть в поле зрения прессы рядом с ним, кто-то задерживал руку чуть дольше необходимого и тихо говорил несколько слов.