В следующий момент за его спиной раздался хлопок. Но Зорич даже не повернулся на звук.
Он лежал на льду и смотрел только в низкое серое небо.
Лёд вокруг него хрустел. Слободан чувствовал холод, пробиравший до самых костей.
Но вместо того, чтобы стонать, мужчина вдруг начал хохотать — дико, до безумия громко. Но совершенно искренне.
— Боги! — вскричал он. — Я свободен! Какой же это кайф!
Вокруг него были разбросаны дымящиеся тела, которые смердели. Но Слободану было всё равно. Он был свободен. Он больше не чувствовал давления на свой разум. И даже ментального контроля в кои-то веки не чувствовал.
Он просто лежал на льду Байкала и смотрел в небо.
«Какое же оно… мать его… красивое», — думал он.
Первым делом я обратил внимание на хохочущее тело. Да, ошибки быть не могло, это был не демон, а самый что ни на есть настоящий человек, пострадавший от моего огня. Но его поведение явно говорило о том, что у него немного поехала крыша.
Я сначала подумал, что это один из тех магов, которых подчинил себе селекционер. Поэтому я аккуратно, сохраняя полную боеготовность, подошёл ближе.
Но человек всё ещё продолжал хохотать: громко, от всей души и ничего не стесняясь. «Точно двинулся мозгом», — подумал я. С другой стороны, если бы я вляпался в такую ситуацию, не факт, что у меня самого не поехала бы крыша.
Больше всего человеку, лежащему на льду, повезло в том, что рядом с ним не осталось живых низших, которые могли бы его разорвать. Поэтому он и мог свободно проявлять свои эмоции.
Подойдя, я подумал о том, что надо уточнить, кто именно передо мной. Вдруг знакомый? Сквозь копоть, покрывающую ожоги на его лице, это было невозможно понять. Я склонился над человеком и осторожно спросил:
— Прошу прощения… — человек замер и покосился на меня. — Извините, а вы кем будете?
И тут случилось вот что: он посмотрел на меня уже в упор, весь скукожился, после чего начал кричать:
— Вам меня больше не забрать! Этого не будет! Я не позволю! Я только что освободился от ваших ментальных пут, и больше я в них не попадусь! Нет! Я лучше сдохну, нахрен, но в своём человеческом мире, чем попрусь к вам! И хрен вы мне что сделаете!
С этими словами он откуда-то из-под себя достал кусок льда и стремительными движениями рук принялся сбивать с него куски, чтобы получить заострённый край.
— Я лучше сдохну, но сдохну свободным, — проговорил он.
Но благодаря всему этому спектаклю я понял, кто лежит передо мной. Пусть я видел этого человека всего пару раз — его характерный голос с некоторым акцентом я знал.
— Слободан Зорич? — спросил я. — Что вы творите? Остановитесь!