К нам отправили служанку и передали, что дел зовёт на общее собрание. Савелий никуда убежать не успел. Мне тоже дали выходной перед вылазкой. Тащить Кристину на полигон сегодня не имело смысла. Сомневаюсь, что она в принципе нормально ходить сможет. После такой нагрузки-то. Пусть отдыхает сегодня и завтра. От этого больше толку будет, чем от очередной тренировки. У матери тоже выходной сегодня. Проблемы в том, чтобы пойти всем вместе, не было. Единственный, кого не пригласили, — пропавший отец Савелия. Сам я его отцом перестал считать и особо не вспоминал об этом алкоголике. Пропал и пропал. Скатертью дорожка. Сава тоже вряд ли переживал.

Когда пришли, дверь была открыта. Служанка куда-то запропастилась. Возможно, отправили погулять или домой сразу. Мысль дельная. Вряд ли сегодня разговор пройдёт безобидно.

— Ради чего собрание? — спросила матушка, зайдя в гостиную. — Что ещё ты удумал, отец?

— Садись, — глянул дед на дочь. — Разговор будет тяжёлый. Сегодня я хочу сообщить четыре вещи.

«Аж целых четыре», — отметил я. Глянул, кто как реагирует. Дядя выглядел встревоженным, но на фоне супруги — образцом спокойствия. Анна Фёдоровна сидела мрачнее тучи, то ли зная что-то, то ли закономерно опасаясь подставы. Кристина изображала послушную дочь и улыбнулась мне. Игорь выглядел нейтрально, но угадывалось, что это маска. Внутри брат волновался. С обострёнными чувствами это легко определить.

— Что за четыре вещи? — недовольно спросила матушка. — Если опять какая-то гадость…

— Ты можешь меня просто выслушать? — глянул на неё дед сердито.

— Зависит от того, что скажешь.

Отличное начало разговора. Всё настолько плохо, что дед не может уговорить его выслушать. Я положил ладонь матери на плечо, и та, фыркнув, села. Мы с братом устроились по обе стороны от неё.

Дед выждал какое-то время, убедился, что никто перебивать не станет, и начал речь.

— Целитель сказал, что мне осталось не так много. Год, от силы два, если тратиться на целителей и избегать напряжения, — выдал первую новость он.

— Отец? — растерянно спросил Антон Юрьевич.

— Дедушка? — обеспокоенно спросил Кристина.

На этом выражение беспокойства закончилось. Анна Федоровна сверкнула глазами, и что-то я сомневаюсь, что это проявление любви к свекру.

— Этот момент обсудим потом, — выставил ладонь дед. — Поверьте, это меньшая из наших проблем, которые я сегодня озвучу.

— Но отец… — попытался не согласиться Антон Юрьевич.

— Второе, что хотел сказать, Игорь лишён статуса главного наследника.

Надо отдать деду должное. На этот раз речь он подготовил куда лучше, хорошо понимая, как и кто будет реагировать. Первая новость выставила его больным стариком, с которым нельзя жёстко. Вторая — произвела эффект разорвавшейся бомбы. Остаётся только удивляться, как все причастные к этому моменту не узнали эту новость.