— А чем он болеет?

— Он абсолютно здоров, — удивила ее Линда. — Просто хозяева не рассчитали силы и не справились со столь непростым зверем. Арнаудские волкодавы требуют жесткой дрессировки, и относиться к ним как к диванным собачкам категорически нельзя. Этот от безделья разгромил хозяевам дом. Владельцы прикинули ущерб и решили, что такое животное им не нужно.

— А сразу они этого не могли понять?

Целительница только вздохнула и развела руками.

— Обычная история. Хочется крупного и необычного зверя, а что с ним потом делать — никто не задумывается.

Джин стало жалко бедолагу. Волкодав не выглядел агрессивным, не кидался на решетку, как вчерашние взрослые. И глаза у него были такие несчастные…

— Плохо за решеткой, да, приятель? — Джин улыбнулась щенку-переростку. — Понимаю. Надеюсь, ты здесь ненадолго.

Следующей сидела мантикора.

— А с ней что? Тоже отказались?

— Нет, от мантикор крайне редко отказываются — очень уж дорогие животные.

— И сколько стоят? — заинтересовалась Джин.

— Цена выставочной особи до десяти тысяч доходит.

— Десять штук⁈ — у мехи натурально глаза на лоб полезли.

На эти деньги можно купить помещение и оборудовать мастерскую.

— Есть варианты дешевле. Эта, например, не совсем кондиция, слишком темный окрас и морда вытянутая, но тысяч семь-восемь стоит.

— Да у тебя тут целое состояние! — пошутила меха.

— А главное — особенно охранять не нужно. Далеко не каждый вор решится украсть, — усмехнулась Линда.

Джин, подумав, согласилась. Она бы точно не решилась. Уж лучше те взрывающиеся камушки, они хотя бы руку по локоть не откусят.

— Так почему она у тебя здесь сидит?

— Ядовитую железу удаляли. Видишь жало на хвосте?

— Еще бы его не заметить!

Жало так-то первым бросилось в глаза привыкшей избегать опасностей мехе. Сначала жало, а потом уже сама мантикора.

— Раньше удаляли его, чтобы мантикора ненароком не навредила хозяевам, но теперь принято удалять ядовитую железу у хвоста. Так и гуманнее — менее травматичная операция, небольшой разрез — и все. И экстерьер не портится.

— Что не портится?

— Внешний вид. Без тонкого жала хвост у мантикор выглядит как обрубок.

— Ну да, все-таки за десять тысяч жалко портить, — согласилась Джин.

В одной из средних клеток сидела крупная яркая птица, похожая на попугая.

— Зеркальный ара, — Линда представила постояльца. — Повторяет абсолютно все, что слышит.

Целительница что-то сделала, отчего датчики на руке мехи сработали, а птица разразилась словесным поносом.

— Зеркальный ара! — громко, срываясь то на бас, то на визг, повторил попугай. — Повторяет абсолю-у-утно все, что слышит! Все, что слышит! Абсолютно все-о-о! Повторяет! Повторяет! Зеркальный! Слышит! Все-е-о-о!