Люксурия, — достаточно высокая женщина, должен сказать, — на фоне Соломона выглядела маленькой хрупкой девчонкой. Все мои деды НЕРЕАЛЬНО здоровенные, и Соломон где-то на уровне Всеволода. Дальше только Гнев. И вот эта маленькая девушка Люксурия, подогнувшись как любопытный ребёнок, обходила Соломона, разглядывая его словно очень хрупкий экспонат.

— Соломон, помнишь меня? Мы с тобой дрались! Я тебе руку отрубила! А ты мне рёбра переломал, и челюсть. П-помнишь? Это я!

— … — Соломон не терял бдительности и не сводил с неё взгляда, постоянно поворачиваясь, когда та шагала за спиной.

— У-у-у, это и правда ты! Такой же взгляд. У-у-уху-ху, я его частенько по ночам вспоминала, — по её бархатной коже побежали мурашки, и она заулыбалась, прикрывая рот ладошкой, — Мне так нравится, как ты смотришь на меня как падшую тварь…

Соломон мельком посмотрел на меня. Ну что⁈ Терпи. Во имя насилия.

Хотя, чувствую… насилие будет скоро над ним. Не физическое. Ну ничего… стерпится-слюбится.

— А м-можно потрогать? — аккуратно спросила она почему-то именно меня.

— Что ты там трогать собралась?..

— Руку! Бицепсы, хех. Я-ж не дура, я — сама Похоть! Понимаю, где и когда надо помедлить… поразминать, подготовить. Чтобы не больно было.

— И как ты его тронешь, мы же бесплотные души, — продолжаю коситься на обливающуюся слюнями женщину.

— Ну право слово, почему у меня такой глупенький противный герцог? — махнула она руками, — Я — Похоть! Грех! Думаешь я не могу касаться душ? Всегда могла. И мои намёки тебе — не шутка. Я правда могу всё это воплотить. Потому от Соломона мне достаточно… и просто души, хех.

И знаете… тут я впервые увидел, как испугался Соломон. Он распахнул глаза и резко на меня повернулся, совершенно, нахрен, не ожидая, что это в принципе возможно.

И я, как ответственный за всё это, и прекрасно знающий КТО такая Люксурия и что у неё с башкой — тоже не на шутку перепугался.

Ой-ой. Аа-а-ам… всё идёт не по плану! Так не должно быть!

— Нет!

— Эй! Как это нет⁈ Я просто пощупать!

— Себя щупай!

— Уже. Устала себя щупать!

— Мы так не договаривались. Это… по повышенному тарифу! Мои деды стоят дорого, все допы обсуждаются со мной!

— Ты совсем уже⁈ — затопала она ногой.

Соломон говорить с ней не хотел, — он вообще ни с кем не хотел, — поэтому просто плыл по течению. Но если сейчас всё не перевернуть в нашу сторону — он откажется и просто уйдёт. Я вообще удивлён, как он терпит эту ситуацию. Стойкая выдержка, дед!

Но трогать себя точно не позволит. До тех пор, пока…

— Потрогать бицепс… ам… э-э… — думал я, — Трогать бицепсы — вооружить наших воинов в домене. У тебя тут кузнецов много, введи налог на мечи и кинжалы — пусть сдают качественные остатки. А то мы одним говном ржавым пользуемся.