А мы не начнём.

— Старейшина, я пришёл договориться! — крикнул я, — И не советую игнорить, у всех это плохо кончается!

И то ли совет, то слово «игнорить» в лексиконе чудовища о чём-то сказало, и потому вполне себе молодой-взрослый мужик с гусарскими усами медленно открыл дверь, выглядывая из дома.

— Раньше к нам так не приходили… — тихо сказал он, исподлобья глядя на меня.

— Раньше власть другая была. Раскулачили, — пожал я плечами, — Я не хочу вам вредить. Я пришёл поговорить и договориться о мирном сосуществовании лесов и людей!

Мужик очень сильно хмурится, продолжая сверлить меня сосредоточенным, и при этом испуганным взглядом. В его глазах видно интеллект, тут уж не отнять — думаю, договоримся.

— А есть доказа…

— А я ведь так и знал! — довольно замахал я пальцем.

И даже не потребовав приказа, крыса-огр делает шаг вперёд и швыряет обугленную голову медведя и оторванную бегемота.

Все люди передёрнулись. Они с ужасом смотрели на одетое в броню двухметровое чудовище, раздутое, словно качок под стероидами! Их напрягали даже не столько летящие головы, сколько тот, кто их кинул. Ведь головы-то врагов. А значит… мы можем оказаться врагами ещё сильнее, чем прошлые.

Ну и огры стали стрёмно выглядеть, чё уж греха таить. Фасолька там нахимичила такой знатной фигни, у нас целое поколение — облезшее и плешивое. Зато сильное!

— Медведя вы знаете, а бегемот… — начал я.

— Второй по силе после него. Мы им дань платили, — закончил мужик, — И… зачем? Я вижу, что ты их убил, но… зачем?

— Они планировали начать жрать людей. Я остановил. Я добрый.

— Ч-что?.., — распахнул он глаза, — Но мы ведь приносили им жертвы! Наш скот! Нас обещали не трогать! Ещё с прошлым Хозяином, который ещё правил всеми лесами!

— Его я тоже убил. Да я почти всех убил на пути сюда.

— … ха⁈

— В любом случае, я пришёл вам помогать и вас подружить! Всех вас, — оборачиваюсь, глядя на зверей и людей, — Я пойду дальше, глубже в страну и глубже в лес, захвачу каждый клочок без человека! И поверьте, с людьми воевать у меня никакого желания. Всё, что я хочу — справедливого мира! — повысил я голос, — У меня есть предложения. И вы должны их выслушать.

— А если откажемся? Что если…

— «Не хочу воевать» — не значит не буду, — процедил я, — Некоторые неисправимы. Дефектны. Они не желают мира. Мне такие не нужны — планета прекрасно обойдётся и без них. Я не верю в чушь, что все достойны жизни. Нет, не все, — я наклоняю голову, — А вы… достойны? Вы — умные и разумные люди?

Мужик сжал кулак. Пришло время решать. Слушать и, очевидно, подчиняться нашим условиям, или же испытать удачу и проверить меня на блеф.