— Преданным? — наклонил голову Гису.
— Да, так гораздо лучше, — закивал старичок. — Что же касается положения дел, то… фактически мы банкроты.
— А если поточнее? — помрачнев спросил Гису.
— У нас задолженности по зарплате — тридцать два миллиона вон. За нами кредиты, транш за которые надо будет платить через несколько месяцев, ну и как вишенка на торте — по моим источникам, у нас скоро будут гости из отдела по борьбе с экономическими преступлениями.
— А этим что от нас нужно?
— Этим нужны заначки «Дикого топора».
— Кого?
— Того головореза, с которым имел неосторожность связаться предыдущий директор.
Гису принялся массировать виски.
— Скажите, откуда такая огромная задолженность? Как люди могут быть все еще на работе, если им не платят зарплату?
— Двадцать два миллиона вон должны быть выплачены согласно договору раздела три пункта семнадцать директору и начальнику МТС в случае увольнения.
— А-а-а-а… — закивал Гису. — Скажите, а нет ли здесь у нас юристов? Я бы с удовольствием выслушал предложение, как оставить на паперти предыдущего хозяина этого кресла.
— Пока должность юриста занимаю я, — поклонился Ун Ён Ри. — И хочу вам напомнить, что владелец фирмы, что так грубо нарушила закон — ваша семья. К этому добавьте мою старость и непосредственное исполнение приказов, а также жгучую любовь к внукам и отсутствие желания провести остаток не такой длинной жизни в тюремной камере.
Гису хмыкнул.
— Понимаю и не осуждаю, но…
— Если уволенные сотрудники добровольно подпишут отказ от выплаты отступных — проблема почти исчезнет.
— Хорошо, — кивнул неофициальный директор и потер лицо. — Я вас понял. Следующий, пожалуйста.
Тут поднялся тот самый высокий молодой на фоне остальных присутствующих, парень.
— Сок Джи Шин — агроном, — коротко представился он.
— Слушаю вас, — кивнул ему Гису.
— В общем… Ну, как бы…
— Если вам сложно что-то объяснить, то можете говорить своими словами, — предложил ему Хегай.
Парень огляделся и произнес:
— В общем, я понимаю, что вы тут не причем, и прошлый директор воротил тут свои дела, но я нихрена на фею не похож, и волшебной палочки у меня нет. А без нее я ни черта не могу сделать. Я кислотность почвы дедовскими методами определяю. Карты где какая почва сорокалетней давности. Я даже теплицы на глаз делал, а после скандала мне вместо оборудования прислали два самосвала грунта, который и засыпали в теплицы. У меня из удобрений, что приходилось рассыпать на глаз, осталось только дерьмо.
— В смысле навоз? — уточнил Гису.
— Нет. Дерьмо. Из уличного туалета, возле МТС, — недовольно буркнул тот.