— Я же вроде починил домофон… — пробормотал он на русском и открыл дверь.
На крыльце, посреди погружающейся в сумерки улицы стояла та самая девчушка — Минсу. Темные длинные волосы аккуратно уложены в один длинный хвост на затылке. Губы подкрашены, даже тушью намазала ресницы.
Однако одета она была в длинный, ниже колен, плащ.
Гису вышел на крыльцо, посмотрел по сторонам, а затем взглянул на чистое небо, что уже начало темнеть на западе.
— Ты чего в плаще? — удивленно спросил он, остановив взгляд на девушке.
Та встала так, чтобы оказаться прямо перед парнем и распахнула плащ, под которым оказалось почти обнаженное тело.
Почему почти?
Потому, что нижнее белье все же присутствовало.
Кружевной черный лифчик, настолько откровенный, что назвать его бельем можно было с огромной натяжкой. Такого же фасона трусики, едва прикрывающие самое сокровенное. Тут же на поясе был черный кружевной пояс для чулок.
Гису оглядел ее с ног до головы, остановил взгляд на поясе и спросил:
— А пояс зачем? Чулки к нему не крепятся.
Улыбка с лица Минсу сползла и она хмуро уставилась на парня. Тот же, не опуская взгляда на тело, уставился в глаза, где разгорался гнев.
— Это комплект, — недовольно проворчала девушка, запахнув плащ.
— Ну, смотрится серьезно, — закивал он и вздохнул.
Девушка же надула щеки, втянула шею, став похожей на взъерошенного воробья и недовольно смотрела на Хегай, сама не зная что делать дальше.
— Я «борщ» сварил, — спокойным тоном произнес Гису.
— Что это?
— Суп из свеклы и томатной пасты. С капустой. Получилось неплохо. Есть будешь?
Минсу оглядела парня и остановила взгляд в области паха. Свободно висящие шорты намекали, что все ее старания пошли прахом. Девушка оглянулась назад, затем зыркнула на парня и недовольно буркнула:
— Буду…
— На этом урок закончен, — спокойно произнес учитель, поправив очки, и принялся собирать свои вещи.
Ребята в классе загалдели и начали подниматься. Кто-то устало развалился на столе, кто-то сразу же направился в туалет, а кто-то принялся разминаться. Однако несколько парней из класса тут же сбились в кучку, начав перешептываться.
— Я говорю, прокатит… Надо просто найти человека!
— Ты так говоришь, словно он у тебя есть. У кого-нибудь есть такой человек?
Среди четырех парней повисла тишина. Они переглянулись и слово взял единственный рыжеволосый и крашеный — Чан Ан:
— Я знаю, у кого везде есть контакты, — произнес он и кивнул в сторону парты, за которой в телефоне сидела Юми.
— Чан, это Юми.
— Да? — обернулся он и взглянул на собеседника. — А я думал, директор школы. Я знаю, что это Юми. Но у неё точно везде свои глаза и уши. Ей это провернуть — раз плюнуть.