— После чего?
— Тяжелых событий, — тут же сориентировался парень. — Сегодня ты должен быть ОБЯЗАТЕЛЬНО!
— Знаешь, у меня там дела и…
— Или я подам директору заявку о твоем отчислении из клуба! А там уже сам будешь решать, куда тебе деваться! — отрезал парень.
Гису тяжело вздохнул, пытаясь выудить из памяти, обязательное ли тут наличие кружков учеников этой школы, но так ничего и не вспомнив, решил не накалять обстановку.
— Прости, я был очень занят. Если надо, я приду. А во сколько…
— Сейчас!
Гису тяжело вздохнул, подхватил рюкзак и поплёлся за парнем.
— Сегодня большое собрание, — по дороге рассказывал парень. — Мало того, что близняшки Лим пришли, так еще и сама Чун заявилась.
Когда они подошли к небольшому кабинету, парень торжественно открыл дверь, вошёл внутрь и, вскинув руки к потолку, громко объявил:
— Экстренное собрание клуба «Любителей манхвы» объявляется открытым!
Пара близняшек захлопала в ладоши, смурной парнишка, с виду из средней школы, только поднял взгляд от своей манхвы, а одна странная особа, с растрёпанными волосами, даже не подняла головы, продолжая рисовать в своем альбоме карандашом.
— Президент Ким, что случилось и почему экстренное собрание? — спросила одна из близняшек.
— Случилось непоправимое, — сглотнул прыщавый. — Случилось то, что не могло произойти! Никто и не подозревал, что это случится, но…
Тут он выхватил из-под пиджака журнал манхвы, вскинул его над головой и с оглушительным хлопком треснул им по столу.
— Восемьдесят шестая серия «Щупальца насильники»! — заорал он.
Парень из средней школы моментально вскочил и огромными глазами уставился на журнал. Близняшки захлопали в ладоши, и даже Лим оторвалась от рисования и удивленно уставилась на журнал.
Сам же президент клуба, покраснев и тяжело дыша, с хрипотцой произнес:
— Это… это оно и… и я еще не распечатал упаковку…
Тут наконец до Гису дошла мысль оглядеться. На стенах откровенно эротические рисунки. Девушка рисовала женскую промежность, в которую заползло щупальце. Парень читал какую-то манхву, где на одной странице крупным планом было изображено женское лицо с высунутым языком.
— Это что за маньхуа… — прошептал он и огляделся. — Президент, мне бы… дела у меня…
— Присутствовать должны все, — оглянулся тот и уставился на Гису взглядом с признаками безумства. — Исключение только творцам…
— А я и есть творец, — сделал шаг назад Гису. — Да-да! Я знаете, как творю⁈
Ким оглядел класс, затем снова уставился на Гису и спросил:
— Ты начал рисовать?
— Я… Ну, как бы… Нет, — перебирая варианты в голове, произнёс Гису. — Я пишу… Да-да! Мне буквы ближе.