Тадаши с шумом втянул носом воздух, глянул на пожарного и обратился к парню:
— Так! Имя и фамилия у тебя как? Родителей бы еще твоих увидеть.
— Меня зовут Йонг. Йонг Пак, — произнес он с улыбкой и добавил: — Сомневаюсь, что у мамы или папы найдется время для встречи с вами сейчас, но я им передам вашу просьбу.
Пожарный, стоявший рядом, сообразил первым и хлопнул полицейского по плечу.
— Ну, ты тут сам, да?
Полицейский сначала удивленно уставился на ретирующегося пожарного, а затем взглянул на парня.
— Тот самый Пак?
— Тот самый, — кивнул парень.
На большой сцене, перед толпой народа, большую часть которых составляли ученики школы Дайвегу, стоял директор школы Бём Сок.
В руках его был результат сегодняшнего фестиваля. Он образовывался из подсчетов жетонов, переведенный в баллы, а также общий счет посетителей. Согласно этому и выстраивался список всех кружков и классов, что участвовали в фестивале.
— Учащиеся школы Дайвегу, — произнес Бём Сок и слегка ослабил галстук, давивший на шею. — Сегодняшний фестиваль объявляется закрытым!
Раздался вал аплодисментов. Многие аплодировали искренне, так как прекрасно провели время. Многие делали это скорее для проформы, так как вариантов отказаться участвовать у них не было. Однако, все прекрасно видели противостояние третьего и второго класса.
Кто-то смеялся, кто-то был удивлен и всей душой болел, но в любом случае равнодушным не остался никто. Тут и удивительные туалеты, больше похожие на аттракционы. Большинство учеников не поленились и посетили все разновидности. Тут же отчаянный жест с водой и милыми девушками в кафе, что ради победы пошли на такое. Нашлись и сочувствующие третьеклассницам, что пришлось в этом участвовать.
— Согласно традиции, класс или клуб, набравший наивысший рейтинг, получает Фестивальный кубок Дайвегу! — директор приподнял позолоченный кубок, что выглядел как аккуратная пиала для чая, которую держала рука. — И в этом году побеждает…
Тут его взгляд опустился на бумагу и в горле тут же пересохло. Он с мольбой оглянулся назад. На него смотрела председатель ученического совета, прожигая его взглядом, однако это было ничто, под взглядом помощника главного прокурора, а также трех представителей Министерства Образования.
Набрав полную грудь воздуха, Бём Сок опустил взгляд на бумагу и произнес:
— Туалеты четырех стихий! Старшая школа второй класс! — объявил он.
И тут толпу прорвало.
Визги аплодисменты, восторженные крики сотен людей, что впервые за пять лет увидели как класс, что использовал монополию и откровенно издевался над остальными, был унижен.